Dark Window

По следам бешеных колдунов

Однажды лютой зимой, когда колючий злой снег сыпался над притихшим от страха городом, а чёрные облака закрыли звёзды и луну...

Нет, не так!

Потому что это случилось перед самым летом. Небо было голубым, а солнце тёплым и добрым.

Может, подумаете вы, история эта произошла в Индии или Австралии. Нет-нет! В нашем с вами городе. В соседнем квартале. Там где, четыре дома образуют квадрат, а посреди двора за голубым заборчиком прячется уютный домик. Это и есть детский сад, в котором всё началось. А началось всё за пять дней до закрытия детского сада на летние каникулы.

Часть 1. Приключения начинаются

Маленькая летунья

таршая группа вышла на прогулку. Дети слушали сказку. Но были и те, кто про зайца и лису уже знал. Или и знать не хотел. Они гуляли сами по себе.

Вместо сказки Бахарев оседлал качели. Эту сказку он успел выучить наизусть. Ночью разбуди, без запинки расскажет! Да и сказка у воспитательницы не складывалась.

- И тогда заяц... Жора, веди себя хорошо... заяц заплакал горючими... Жора, не делай так... Горючими слезами... Жора, ты угомонишься, наконец, или нет?.. И побрёл заяц в лес, потому что не было у него... Жора, ты выведешь меня из себя!

Жора то похрюкивал, то высовывал язык, то пинал соседей. А потом отобрал у Люды булавку и начал колоть девочек. Девочки ойкали, воспитательница негодовала, а Жора довольно ухмылялся.

- Жора! Чтобы до обеда я тебя не видела!

А Жоре того и надо! Он мигом залез в песочницу и отобрал у Лёши замечательный паровоз.

- Мал ещё, - сказал Жора. - Кому нет пяти лет, тому паровозом играть запрещено. Мне дядя сказал. Он у меня - милицанер! А милицанеры не врут.

Разве тут поспоришь? Поэтому Лёша, которому было всего четыре, сел в песочную кучу и заморгал часто-часто.

Всё это Бахарев отлично видел.

“Хватит, - подумал он. - Чего этот Жорыч всё у всех отбирает? Вот сейчас подойду и как вмажу...”

Бахарев был не из пугливых. Поэтому он тут же спрыгнул с качелей. И скоро уже в песке сидел Жора, часто-часто моргал и подвывал.

- На! - Бахарев подобрал паровоз и протянул его Лёше. - Играй. И больше не слушай всяких.

Но тут Жора заливисто и противно заревел. А дети так и не узнали, вернул ли себе заяц лубяную избушку. Потому что Вера Александровна с треском захлопнула книгу.

- Переходим к подвижным играм, - сердито сказала она. - Строимся в хоровод, а Бахарев пока постоит у забора и подумает о своём поведении.

Ну и ладно! На улицу смотреть куда интересней, чем водить хороводы!

Бахарев прильнул к забору, нашёл удобную щель и восторженно замер.

На улице начинались чудеса.

По дороге ехал велосипед. Сам по себе велосипед не удивлял. Три колеса, седло и руль. Удивительно то, что в седле никто не сидел, а педали крутились. И как быстро крутились!

Вот бы дверцу в заборе! И тогда замечательный велосипед в пять минут увёз бы Бахарева в дальние страны.

Велосипед остановился, и Бахарев разглядел сквозь спицы трёх человечков. Три лохматых шарика с морщинистыми лицами. Передним колесом управлял оранжевый горбоносый старикашка. В тех, что сзади, подпрыгивали старички поменьше: жёлтый и голубой в чёрную крапинку.

Не понравились старички Бахареву. Какими-то коварными казались они, насмешливыми и злыми.

Впрочем, старички тоже не были в восторге от Бахарева. Они дружно показали ему язык, а тот, что в крапинку, завертел пальцами у носа. Бахарев не стал дразниться. Просто стоял и смотрел.

- Чего уставился, птенчик? - недружелюбно спросил жёлтый. - Гони монету за посмотр.

- Ну чего ты, - примирительно заметил крапчатый. - Видишь же, мальчик оторопел.

Что такое “оторопел” Бахарев пока не знал.

Старик из переднего колеса усмехнулся. Переднее колесо было куда выше, значит, этот старичок был самым главным.

- Скорее, отопорел, - он звонко щёлкнул пальцами. - Ну, ребятки, это нам на руку!

Что такое “отопорел” Бахарев понял очень быстро.

На нём появились маленькие топорики. Много-много. И как они пищали. А потом запрыгали, защекотались. И по волосам, и по рукам, и по спине. Шлёпнулись в песок, покрутились возле сандалий и затерялись в траве.

Бахарев долго шарил под лопухами. Он хотел отыскать хотя бы один волшебный топорик. Тем временем, велосипед таинственно исчез. И улица снова стала пустой и скучной.

А когда мальчик поднялся, что-то как стукнет его по затылку.

“Если это Жорыч, - подумал Бахарев, - придётся отлупить его как следует. Пусть даже на меня опять пожалуются”.

Но Жора ходил в хороводе вместе со всеми.

Кто же этот невидимый враг?

Пальцы сжались биноклем, и Бахарев внимательно оглядел площадку. Да тут и спрятаться негде!

Он решил притаиться за скамейкой и понаблюдать из укрытия. Но только шагнул к дорожке...

- Эй, смотри куда ступаешь! - обижено пропищали снизу.

“Топорик! - радостно подумал Бахарев. - Топорик вернулся!”

Но это оказался совсем не топорик.

Возле сандалии топталась девочка. Малюсенькая-премалюсенькая. Носовой платок мог сойти ей за плащ, а иголка - за рыцарское копьё. Одели девочку странно-престранно.

Талию перехватывал толстенный пояс с навесными сумочками. Юбка до колен пестрела разноцветными карманчиками. А самое удивительное - сквозь прорези полей розовой остроконечной шляпки торчали кошачьи уши.

- Ну у тебя и голова, - недовольно пробурчала девочка. - Никогда не встречала такую твёрдую голову. Два года назад я врезалась в каменного гнома, и то мягче было. А теперь... Смотри, что натворил.

Маленькая ручка обвела осколки фарфоровой чашки.

- Да ерунда! - махнул рукой Бахарев. - У нас дома этих чашек завались. Хочешь, завтра я притащу тебе целый сервиз.

- Завтра будет поздно, - погрустнела девочка. - Они уйдут слишком далеко. Не видел тут жёлтого такого, оранжевого, а с ними голубого в крапинку?

- Вон там были, - показал Бахарев за забор. - На велосипеде. А ты их знаешь?

- Лучше б не знать, - вздохнула девочка. - Это же Бешеные Колдуны! Если я их поймаю, знаешь, кем стану? Ни в жизнь не догадаешься! Ведьминой Принцессой!

- Принцессой? - переспросил Бахарев. - Ты вырасти сначала! Ни за что не поверю, что из такой малютки получится принцесса.

- Не верь, мне-то что, - пожала плечами девочка. - Меня больше заботит, что я трачу время на глупые разговоры. А у меня авария. И даже самая настоящая ка-тас-тро-фа!

- Катастрофы это у самолётов, - не поверил Бахарев. - У кораблей. У автомобилей тоже бывают. А чашка - это не катастрофа.

- Для тебя всего лишь чашка, - рассердилась девочка. - А для меня самолёт. Впрочем... Впрочем, сгодится и это!

Она нырнула под куст и с ликованием выволокла оттуда красный совок.

- А теперь гляди, да не упади, - девочка вскочила на совок, и тот рванул ввысь, но замер возле носа Бахарева.

- Ви-и-идишь, - девочка наставительно погрозила пальцем. - А ты не верил. Я что угодно могу превратить в самолёт.

- Ух ты! - поразился Бахарев. - А ещё! Что-нибудь ещё ты умеешь?!

- Ни-че-го! - сказала девочка. - Эти противные колдунишки сделали так, чтобы я забыла всё-всё-всё. Даже своё имя.

- Обедать! - донеслось издалека. - Строимся парами.

- Тебя зовут, - сказала малютка, и её глаза наполнились слезами. - Сейчас ты убежишь, а я останусь одна-одинёшенька. И никто помочь мне не сумеет.

Бахарев уже рванулся к остальным, но остановился.

Не кинешь же в беде эту крохотульку? Да ещё в какой беде! И кто только выдумал послать такую малявку в погоню за настоящими колдунами. Разве их словишь в одиночку? Нипочём не поймать. Даром, что летунья.

И Бахарев остался.

Разноцветные следы

-
лышал когда-нибудь о Комнате Подарков?

- Там что, хранят подарки? - спросил Бахарев.

- Не помню, - пожала плечами летунья. - Знаю лишь, что она спрятана в волшебном районе. Именно к ней подбираются Бешеные Колдуны. Вот я и лечу вдогонку.

“Подарки, - подумал Бахарев. - Новый год. День рождения. И всё, что дарят просто так”.

Коробки в разноцветных обёртках появились перед ним, качнулись в прощальном поклоне и исчезли.

- А они имя отобрали-и-и, - вновь разрыдалась девочка. - И сказали, что мне всю жизнь ходить безымянной, если я не успею его найти до завтрашнего захода солнца.

Мальчик посмотрел назад, не вернулась ли Вера Александровна. Дорожка пустовала.

Совок нырнул в щель и очутился по ту сторону забора.

Одна из реек забора сидела непрочно.

- А мне можно с тобой? Я тоже хочу посмотреть Комнату Подарков, - Бахарев вытащил рейку и быстро пролез в получившуюся дыру.

- Ой, здорово! - захлопала в ладоши девочка. - Вместе мы быстро управимся. А когда поймаем колдунов, я покажу тебе Комнату Подарков.

Мальчик огляделся. Кроме него и маленькой летуньи на улице никого не было.

- А чего мы остановились? - спросил он.

- Ты же не знаешь, где таится Комната, - вздохнула девочка, - а я не помню дорогу.

- Спокойно, - остановил Бахарев ненужные вздохи. - Я слышал, что знаменитые сыщики первым делом нападают на след.

- Ой! - удивилась девочка. - Значит, нам ещё и со следами драться?

- Зачем драться? - удивился Бахарев. - Мы же не кулаками. Мы глазами будем. Но лучше всего нападать на след вооружённым глазом.

- Сейчас глянем, чем твой глаз вооружить, - пообещала девочка.

Маленькие ручки захлопали по карманам на юбке. Что-то зазвенело, задребезжало, загрохотало. Бахарев с уважением посмотрел на девочку. Это ж какие богатства в её карманах! А ведь есть ещё сумки на поясе. Да и в шляпе много чего можно спрятать.

А девочка уже крутила в руках увеличительно стёклышко. Крошечное, словно булавочная головка.

- Только не урони, - предупредила она.

Бахарев осторожно взял стекло за тонюсенькую ручку. Оно дрогнуло, нагрелось и начало быстро расти. Не прошло и минуты, а стекло уже выросло с велосипедное колесо. Бахарев нагнулся и принялся изучать дорогу.

Сколько же следов там оказалось. И не пересчитать! Были следы в клеточку и следы в линеечку. Были с колёсиками и с треугольниками. А ещё с разными непонятными надписями. По дороге прошлись и широченные ботинки, и тоненькие туфли-лодочки, и кроссовки. А ещё - кошачьи лапки и собачьи лапищи. Встречались и птичьи следы - словно в пыль вдавили три тоненькие палочки.

- Ты на цвета смотри, - посоветовала девочка. - Волшебные следы сразу заметишь!

- Разве следы бывают цветными?

И вдруг Бахарев увидел голубую полоску. А неподалёку вились оранжевая и жёлтая.

- Это же следы от колёс! - догадался он и тут же загрустил. - Вот и поймай твоих колдунов. Они-то на велосипеде!

- Зато они не торопятся, - пояснила девочка. - Колдуны любят шалить, забавляться, делать пакости. Если не потеряем след, мы их быстро настигнем. Ну, в какую сторону они укатили?

- Не видел, - замотал головой Бахарев, но тут же поправился. - Но если след пойман, это узнать проще простого.

- Ну, ну, - девочка не поверила сыщицким способностям Бахарева.

- Гляди, как надо, - Бахарев встал на четвереньки и пополз вдоль цветных линий.

Если бы колдуны двигались пешим ходом, и думать бы не пришлось. Где у следа носок, в ту сторону и беги. А у велосипедных шин ни носка, ни пятки. Вот и разберись тут.

Бахарев добрался до небольшого холмика, осмотрел его и просиял.

- Туда! - палец ткнул направо.

- А как ты узнал?

- Всё просто! Когда прыгаешь с бугорка на велосипеде, колёса отрываются от земли. И ты немножечко летишь. А пока летишь, следов на земле не остаётся. Смотри сюда.

Девочка подлетела поближе и взглянула сквозь стекло.

- Вот след от колеса, - палец Бахарева очертил оранжевую линию. - Тут он исчез, - мальчик показал на вершину бугорка и пробежал два шага, - а здесь опять появился.

И точно, оранжевая черта снова змеилась по дороге.

- Значит, они проехали слева направо, - подвёл итоги новоиспечённый сыщик.

Девочка посмотрела на него с нескрываемым восхищением.

- Как у тебя всё ловко получается! - воскликнула она. - Ты, наверное, тоже умеешь колдовать?

- Тут не волшебство, - отрезал Бахарев. - Тут думать надо!

- Не отставай, - совок взлетел повыше и торпедой унёсся вперёд. - Без тебя мне нипочём не справиться.

Бахарев побежал следом. Бегать он умел и любил. Тем более, сейчас он торопился за сказочной летуньей. И где-то в конце пути его ждала Комната Подарков.

Стеклянный корабль

незапно раздался громкий рык. Летунья вздрогнула и мигом оказалась у Бахарева за спиной.

- Ну-ка, - мальчик соскочил с дороги и прижался к кирпичной стене, - глянем, что за враг там притаился.

- Только осторожней, - жалобно попросила маленькая волшебница. - Если тигр или лев, то пойдём в обход.

- Ха! Лев! - Бахарев не хотел, чтобы здесь разгуливал хотя бы один лев.

От льва не убежишь. Лев догоняет даже стремительных антилоп. А уж пятилетнего мальчика он поймает без труда.

Но не показывать же девчонке, что ты испугался.

Мелкими шагами Бахарев продвигался в тени длинного дома. Рычащие звуки доносились из-за угла.

- Ну, - спросила летунья. - Ты уже видишь? Видишь?

- Потерпи, - мальчик осторожно высунулся за поворот.

Ревел не лев и не тигр. Просто прорвало трубу. Вода разливалась широченной лужей, а потом падала в канаву со страшенным грохотом. Брызги летели за километр. Когда холодная капля попала за шиворот, Бахарев поёжился.

У канавы валялся велосипед с разноцветными колёсами. Теперь догонять колдунов было проще, потому что те шли пешком.

Но колдуны оказались хитрее.

- Вот они, - крикнула в ухо летунья. - Смотри скорее!

По волнам бушующего ручья уносилась огромная бутыль. Сквозь стеклянное дно смотрели разноцветные старики и дразнились.

- Нет, ты видал? - возмущённо ткнул в стекло жёлтый колдун. - Не успели этой малявочке память отшибить, а за неё уже мальчишка впрягся. По всему видать, шустрый паренёк. Чем она его приманила?

- Девчонки, они такие, - пожал плечами колдун в крапинку. - Чуть пальчиком поведут, и за ними уже целая очередь.

Бутыль крутанулась. Старик неловко попятился, взмахнул руками и сшиб поношенную шапчонку. На солнце блеснула лысина. Голубой колдун испуганно прыгнул за шапкой, подхватил её и поглубже натянул на голову. От прыжка бутыль закрутилась словно волчок.

- Эй! - возмущённо заорал оранжевый старик. - Потише! Думать мешаете!

- Это не я! - вскричал жёлтый колдун. - Это лысый! Слышь, лысик, потише тут прыгай. И чего ты вообще за нами увязался? Зачем такому, как ты, Комната Подарков?

- Комната, - голубой колдун благоговейно сложил руки на груди. - Там я отыщу себе парик. Или нет! Лучше склянку с волшебной мазью. И у меня вырастет густая шевелюра.

- Эх ты! Колдун ведь! А мыслишь мелко! - жёлтый старик презрительно сплюнул. - То ли дело я. Доберусь до Комнаты и перекурочу вредные книженции типа сказок. Заменю по буковке в каждом слове. Смехота начнётся, не пересказать. Вытащит Емеля ведро, а там бука. Бука желания выполнять не станет. Сам будешь у неё на побегушках. Или зайдёт в загон Иван-царевич коня себе выбрать, а я ловко так “з” на “в” поменяю. И угодит Ваня в вагон вместо загона. А в вагоне на битву с драконами не ездят.

- А если всё-таки поедет? - не утерпел голубой старик, ежеминутно проверяя: на месте ли шапка.

- Пущай едет, - разрешил жёлтый. - Вот подойдёт он к пещере. Вот вызовет дракона на бой. В одной руке - щит. В другой - булава. А я тихонько буковку “к” в булаву добавлю. Была у Вани булава, а теперь - булавка. С булавой чего ж с драконом не сразиться. А ты булавкой попробуй. Тогда и посмотрим, кто сильнее. Чуешь, лысик, какие сказки у нас получатся. Да я тогда весь мир переверну.

Тут он поскользнулся на своём плевке и перевернул бутыль. Старики закряхтели, потирая свеженабитые шишки.

- Мир переверну, - издевательски повторил главный колдун. - Не переверну, а изуродую, хотел ты сказать. Мир вращают новые слова. Когда я попаду в Комнату, все подарки будут моими. А значит, и все слова мира. С ними я и начну свои опыты.

Он хлопнул в ладоши, и ему на плечо опустился щенок с удивлёнными глазами.

- Меняем “щ” на “в”, - щёлкнули оранжевые пальцы.

- Девочки будут довольны, - голубой колдун погладил венок из ромашек.

- Не все, - проворчал жёлтый. - Я видел таких, что без ума от этих собачек-кошечек.

- Скучно подменять одно другим, - главный колдун не слушал своих спутников, - Меня влекут новые слова. - Снова щелчок, и увядающие цветы исчезли. - Придумать свежее слово - вот достойная задачка. И чтобы его все сразу поняли, приняли и полюбили.

- Размечтался, кладезь новых слов, - язвительно усмехнулся жёлтый старик. - Ты сам придумал хоть одно?

- Да больше десятка, - рассвирепел оранжевый. - Я создал лучемёт, чтобы кидать лучи без всякого солнца. Но мне сказали, что это старо. Я сочинил громовод, чтобы передавать громадные порции шума. Но мне сказали, что это никому не нужно. Они смеялись. Они издевались. Они коверкали мои слова. И тогда я придумал зубодробилку.

- Как-как ты сказал? - в руках голубого колдуна зашелестели страницы потрёпанного словаря. - Нет такого слова! “Зубодёр” есть, “зубоножка” имеется, а “зубодробилки” нету.

- Есть! - прозвучало, как раскат грома. - Но те, кто его знают, теперь предпочитают помалкивать.

- Ну-ну, обиделся, - жёлтый колдун похлопал собрата по плечу. - Эх, эту бы Комнату, да в наши руки! Такого наворочаем. Мир на дыбы поднимется. Эй, лысый, чего расселся? Ну-ка двигайся. Полбутыли себе отхватил! Скромнее надо быть.

Голубой колдун поспешно подвинулся к донышку. За стеклянными стенами бесновались волны. Пара из них скользнула в горлышко, образовав нешуточные лужи. Прикрыв глаза от брызг, оранжевый старик смотрел вперёд с тревогой.

- Ну? - повернулся к нему жёлтый. - Чего там у нас на носу?

- Не “на носу”, а “по носу”, - поправил его главный колдун. - А по носу у нас намечаются большие проблемы.

Пар и лёд

-
оплыву на ней, - девочка соскочила с совка рядом с кустом шиповника.

Там валялась тарелка. Белая. С иностранной надписью. Почти целая. Только кусочек отколот. Такой друг в друга кидаются, когда на природе заняться нечем. Летунья прыгнула в тарелку, вознеслась над кустом, довольно улыбнулась, но тут же загрустила:

- Ой! Вода холоднющая! Простужусь! Заболею! Умру!

- А ты не лезь в воду, - мальчик посмотрел в дальний конец двора.

- Как не лезь?! - удивилась девочка. - Мы же тогда их нипочём не догоним!

- Догоним, - возразил Бахарев. - За углом канава сворачивает. Я знаю, мы там с папой гуляли.

- Знаток выискался, - фыркнула девочка. - Может, ещё чего умное скажешь?

- Если напрямик по двору срезать, мы ещё раньше их успеем, - предложил Бахарев.

- Как же я сама не догадалась?! - восхитилась летунья.

И они побежали по двору.

Бутыль то застревала в узком месте, то садилась на мель. Ей приходилось ждать высокие волны, чтобы те потащили её дальше. Когда Бахарев и летунья пересекли двор и снова наткнулись на канаву, бутыль едва показалась вдали. Здесь канава расширялась, и сверкающая посудина уже не встречала преград.

- Как же нам её выловить? - почесал голову Бахарев.

- Её не уцепишь, - вздохнула девочка. - Она же вон какая скользкая.

Бутыль подплывала всё ближе. В ней царило настоящее веселье. Колдуны прыгали и звонко шлёпали по воде. Мохнатые ручонки брызгались друг в друга. Бутыль вращалась, то и дело опрокидывая старикашек.

Тарелка с летуньей крутилась вокруг Бахарева. Мальчик хотел то кинуться в воду, то выстроить запруду, то позвать на помощь. Но двор пустовал, камней для запруды не наблюдалось, а в незнакомых местах прыгать в воду опасно. Бутылка приближалась, весело подпрыгивая на волнах.

- Останови их, - заныла летунья.

- А сама?! - Бахарев присел и понял, что до бутыли не дотянуться. - Ты же волшебница!

- Прежде чем колдовать, - вздохнула волшебница. - Надо придумать, ЧТО именно должно получиться. А мне вот ничего не придумывается.

Они замолчали. Корабль колдунов готовился проскочить мимо.

- Вот если бы... - начал Бахарев, но потом расстроено махнул рукой.

Идея была безумной.

- Скажи! Скажи! - потребовала летунья. - Может, вместе мы успеем что-нибудь придумать.

- Если вода закипит и испарится, - Бахарев руками показал извержение вулкана, - бутылка останется лежать на дне.

- Это я могу! - всплеснула руками волшебница. - Тут и колдовать не придётся.

Маленькие ручки расстегнули сумочку, вытащили рулон бумаги, мигом развернули его и огрызком карандаша накарябали чёрную закорючку. Потом летунья с размаху зашвырнула бумагу в ручей.

Не прошло и секунды, а вода вскипела. Жаркий пар белыми струйками уносился к небу.

- Как тебе это удалось? - удивился Бахарев.

- Я её обозвала, - подмигнула летунья. - Теперь она сердится, негодует и кипит от ярости.

И точно, волны шипели, бурлили и лопались огромными пузырями. Колдуны заволновались.

- Братва, тикаем! - заголосил жёлтый.

Голубой высунул из горлышка лохматую ладонь и шлёпнул по исчезающим волнам.

- Уй-уй-уй, - заголосил он. - Кипятище. На всю тыщу градусов!

- Вода больше сотни не даёт, - спокойно возразил апельсиновый.

- Да мы же тут сваримся! - заорал жёлтый.

- Как в бане, - утёр пот со лба голубой. - Всё жарче и жарче!

- Вам-то чего кипятиться? - хмыкнул апельсиновый. - Вы же колдуны! Остыньте. Само всё образуется.

Испарились последние капли. Бахарев приготовился прыгнуть в канаву. Но дно оказалось наклонным, и стеклянный сосуд катился всё дальше, озорно подпрыгивая на бугорках. Из-за поворота вылетели новые волны и подхватили бутыль. Проплывая мимо Бахарева, старички показали языки и похлопали по ушам.

- Не помогло, - вздохнула девочка. - А как хорошо начиналось...

- А ты можешь заморозить воду? Тогда эти старикашки точно никуда не уплывут.

- Да проще простого! - и в ручей полетел второй рулон.

Волны стали вялыми, пенистые буруны исчезли, бутыль медленно вращалась на одном месте. Старики чуть не лопались от злости.

- Сейчас я их достану, - крикнул Бахарев, нагибаясь за длинной веткой.

- Тише, - прошипела девочка. - Вода засыпает. Не буди её.

Вода подёрнулась ледяной коркой и быстро начала замерзать. Ручей превратился в зеркало. Вода в бутыли тоже застыла. Теперь колдуны сидели в прозрачных кубиках. Лица их перекосились от ярости. Но сделать они ничего не могли.

- Вот и всё! - Бахарев зацепил бутыль веткой, выволок на лёд и, словно шайбу, погнал к берегу.

- Спасибо! - маленькая волшебница поклонилась мальчику, когда прозрачный сосуд оказался в его руках. - Я никогда не забуду твою помощь.

Первая буква имени

о Бахарев уже думал о другом.

- Как же они внутрь-то забрались? - и он встряхнул бутыль.

Ледяные кубики загрохотали по стеклу. Три больших, со стариканами, восемь средних и один малюсенький, куда вмёрзло что-то светлое и смутно знакомое.

Пришлось опрокинуть бутыль и окончательно убедиться, что кубикам в горлышко не пролезть.

С досады Бахарев тряхнул её сильно-сильно. И маленький кубик ловко выскочил наружу.

- Ой! Держи-держи-держи! - пронзительно заверещала летунья.

От неожиданности Бахарев выпустил бутыль. Он резко присел и закрыл кусочек льда ладошками. А мир вокруг наполнился грохотом и дребезжанием.

- Поймал? - девочка вилась над сжавшимися руками, пробуя заглянуть сквозь пальцы.

- Поймал, - Бахарев чувствовал, что кубик быстро тает.

Когда пальцы разжались, на земле осталась крохотная буква "Д". Добрая и деревянная.

- Это из моего имени буква. Верни её мне. Немедленно! - потребовала летунья.

Бахарев осторожно передал букву девочке. А потом вспомнил о колдунах.

А как вспомнил, так и догадался, почему вокруг гремело и дребезжало.

Бутыль разбилась, и зловредные старикашки исчезли.

- Эх! - вырвалось у Бахарева. - Сбежали-таки!

- Да, - погрустнела девочка. - А я-то подумала, что всё закончилось.

Бахареву захотелось сказать такие слова, чтобы девочка улыбнулась.

- Не беда, - махнул он рукой. - Один раз поймали, поймаем и в другой. Мне ужас как понравилось их ловить.

Девочка улыбнулась. Даже замёрзший ручей встрепенулся. Стремительно таял лёд. Волны, побежали дальше, унося льдинки, дощечки, палочки и яркие пластмассовые пробки.

- Моё имя начинается на “Д”! - летунья ласково погладила букву.

- Ещё неизвестно, - задумчиво протянул Бахарев. - Вот найдём следующую, тогда и узнаем.

- А как ты узнаешь? - недоверчиво спросила девочка.

- Какая из них выше будет, та и первая. Имена всегда с больших букв начинаются.

- А если обе буквы окажутся одинаковыми? - насмешливо фыркнула маленькая волшебница.

- Значит, первую мы ещё не нашли, - объяснил Бахарев. - И хватит болтать. А то мы никогда твоих колдунов не поймаем. Меня в садике, наверное, уже обыскались.

- Вовсе они не мои, - обиделась девочка. - И вообще, для тебя же стараемся. Промеждупрочим, в Комнате и твои подарки хранятся. Вряд ли ты их получишь, если колдуны захватят комнату.

Бахарев посмотрел вдаль. Никого. Колдуны затерялись в высокой траве. Или убежали далеко-далеко, отсюда и не углядеть.

- А где буква? - заволновался Бахарев. - Потеряла?!

- Ни в коем случае! - похвасталась летунья. - Просто она вернулась в моё имя. И теперь я начинаю вспоминать кое-какие заклинания.

- Ты лучше помни, что колдуны убегают всё дальше.

- Это я и без тебя знаю. Не мешай мне. Я думаю.

Думала она долго. Бахарев успел сосчитать до ста двадцати семи.

- Знай мы их имена, было бы проще, - девочка потёрла виски. - Вдруг у меня проснётся колдовской нюх.

В колдовской нюх Бахарев не особенно поверил.

- А кто знает их имена? - спросил он.

- Архивариус, - округлив глаза и прижав палец к губам, ответила девочка. - Это волшебник, которому надоело колдовать. Тогда он уходит на пенсию и собирает разные бумажки. На его бумажках написано всё-всё-всё.

- И про Бешеных Колдунов?

- И про них, - кивнула девочка.

- Может, там и о тебе написано? - не удержался Бахарев от ехидного замечания.

- Разумеется. Там и фотокарточка должна быть. Найти бы эту бумажку, тогда имя искать не надо. Прочитаю его и делу конец.

Всё вокруг было самым обычным. И совершенно не верилось, что где-то поблизости живёт настоящий волшебник. Выскочи из переулка грозно рычащий лев, даже ему Бахарев удивился бы меньше.

- Ну, и где твой архивариус?

- Они обычно селятся в квартирах номер 62-А.

- Не бывает таких квартир.

- Ой-ой-ой, сказал один такой. Если дом построят, а рядом все номера заняты, то к номеру букву прибавляют. Сначала “А”, потом “Б”...

- Это я знаю, - нетерпеливо перебил Бахарев.

- С квартирами та же история, - пояснила летунья. - Приезжает в город колдун, находит дом, который ему нравится, а все квартиры уже заняты. Вот он и строит квартиру рядом, добавляя буковку. Магистры волшебства всегда выбирают вторую квартиру, профессора любят цифру “7”, а лауреаты чёрной магии предпочитают номер “13”.

- Пока не слишком ясно.

- Увидишь, сразу поймёшь, - сказала волшебница. - А вот тебе вполне подходящий дом. В нём не меньше восьмидесяти квартир.

Бахарев зашёл в последний подъезд. Тарелка тыкалась в спину. На площадке первого этажа темнела пара дверей. Бахарев знал такие дома. Дверей мало, потому что с другой стороны расположен какой-нибудь магазин.

- Тихонько надави на глаз, - сказала летунья. - Тогда и увидишь.

Палец прижался к веку, и Бахареву показалось, что дверей стало три. На третьей темнел ромбик. На ромбике светилось “62-А”.

- Не может быть! - воскликнул мальчик. - Там же магазин.

- Магазин, если с другой стороны заходить, - терпеливо пояснила летунья. - А если с этой - у архивариуса окажешься.

Бахарев поднялся на цыпочки, но до звонка не достал.

- Я сама, - летунья взвилась на тарелке и нажала на кнопку целых три раза.

В гостях у архивариуса

азвучали мелодичные трели. Послышалось шарканье. Дверь приоткрылась. В щель выглянул низенький старичок в очках. Из клочкастой седой шевелюры торчали длинные острые уши. Старичок приспустил очки и смерил Бахарева подозрительным взглядом.

- Ой, как здорово, что вы дома! - девочка попробовала протиснуть тарелку в щель.

- Приёмные часы по средам с восемнадцати до двадцати, - строго сказал архивариус.

- Ну, пожалуйста! - летунья умильно сложила руки на груди.

- У вас есть две минуты, - смягчился архиватор. - Больше уделить не могу. Времени ни на что не хватает. А тут ещё любопытные трезвонят с утра до вечера, будто я - хранитель вселенского знания.

- Я никогда не видел, какое оно, вселенское знание? - загорелись глаза у Бахарева.

- И не увидишь, - отрезал старик. - Собрана уйма материала, а упорядочить времени не хватает, - он устало махнул рукой. - Проходите, что ли. Почти минута прошла, а вы ещё на пороге.

Архивариус жил в небольшой, но уютной квартире. На маленьком столике стоял самоварчик, красный чайник в белый горошек и банки с вареньем. Стены закрывали высокие стеллажи. На полках стояли ровные шеренги картонных футляров.

- Вот тут все ответы, - старик обвёл руками полки. - Надо лишь их найти. Ну, о чём хотите узнать?

- Скажите, дедушка, а кто я такая? - спросила летунья. - Чтобы вам легче было искать, в моём имени есть буква “Д”.

- Слов, где есть буква “Д”, словно звёзд на небе, - хмыкнул старик. - Ну, и какое из них твоё?

- Неужели по моему виду ничего не понятно? - насупилась летунья.

- По виду ты весьма озорная и не слишком воспитанная особа, - ответил архивариус.

- И это всё?!!! - глаза девочки наполнились слезами. - Разве я НЕКРАСИВАЯ?

- Что ты! Что ты! - замахал руками архивариус. - Как девочка, ты весьма симпатична.

- А как кошка? - летунья лукаво склонила голову.

- А как кошка, ты очень мила, - нашёлся старичок.

- Другое дело, - летунья опустила тарелку на стол. - Тогда расскажите нам о Бешеных Колдунах. Или вам про это ничегошеньки не известно?

- Узнаем, если поймаем ответ, - улыбнулся старик. - Знания кочуют с места на место. Про гусеницу ищи на верхней полке. Но вот гусеница превратилась в куколку. Хочешь знать, куда она спряталась, вытаскивай книги на букву “К”. Из куколки рождается бабочка, и нам требуется буква “Б”. Кстати, с неё же начинаются Бешеные Колдуны.

Архивариус влез на табурет и вытянул один из футляров. На пол посыпались хлопья пыли.

- Здесь должны храниться слова, которые начинаются на “Бе”, - сказал архивариус. - А что мы видим? - он достал книгу из футляра.

На синей коже золотом пропечатали “Щавель - Щасвирнус”.

- Вот так всегда, - вздохнул архивариус. - Словам на “Ща” положено стоять в самом низу, но они переместились на верхнюю полку.

- А почему такая путаница? - удивился Бахарев.

- Всё моя забывчивость, - признался архивариус. - Посмотрел слово, положил книгу в футляр, и нет, чтобы на место поставить, впихиваю в первую попавшуюся щель. А потом найти не могу.

- Дело поправимое, - сказала маленькая волшебница. - Слезайте, дедушка. Я мигом наведу порядок.

Она замахала руками и прошептала шесть длинных слов.

Вдруг книги зашевелились. Архивариус с Бахаревым поспешно укрылись под столом. Книги заметались по комнате, перескакивая со шкафа на шкаф, с полки на полку. Не прошло и пяти минут, а на стеллажах снова стояли лишь ровные шеренги, словно никто ничего и не колдовал.

- Ну и ну, - развёл руками архивариус. - Надо же, какое полезное заклинание. А я вот всё волшебство уже подзабыл. Но мне хотелось бы проверить...

Он снова влез на табуретку и достал футляр с того же места. Вытащив книгу, он с выражением прочитал: “Бестолочь - Бинокль”.

- Прошу за стол, - пухлая ладонь указала на самоварчик. - Это дело надо отметить.

Когда чашки наполнились, наступила тишина. Только тихонько постукивали ложки.

- Итак, - возвестил архивариус. - Что нам известно о Бешеных Колдунах? Во-первых, их трое. Начнём с главного. Имя - Дед-Буквоед. Имеет оранжевый окрас. До недавнего времени считался величайшим профессором словесной магии. Специалист по подмене букв. Выдумщик новых слов. Но в последнее время его новинки часто коверкали разные хулиганы, мастеря всякого рода неприличности. Вот профессор и взбесился.

- Жёлтый тоже не подарок, - заметила девочка, отхлебнув из крохотной чашки.

- Этот тоже великий мастер, - продолжил архивариус. - Имя - Дедок-Молоток. Что ни слово, то в бровь иль в глаз. Что ни скажет, как молотком пристукнет. Вот и стал народ его сторониться. В одиночестве наш дедушка одичал, а потом словно с цепи сорвался. Вот, пожалуй, и всё.

- А что про третьего? - спросил Бахарев. - Про голубого в крапинку?

- Он из них самый мирный. Вообще-то это грустная история. Три года назад он за одну ночь облысел. А как облысел, так и решил, что все над ним смеются. Копил он, копил злость в себе, да так и двинулся умом. Теперь уж ничего не поделать.

- Там написано, как их поймать? - быстро спросила летунья.

- Чего нет, того нет, - вздохнул архивариус. - Зато уж, когда поймают, сразу сведения появятся, как это произошло.

- Здорово! - всплеснула руками девочка. - Значит, про нас в этой книге напишут.

- Ты их поймай сначала, - строго сказал архивариус. - На словах-то у нас все герои.

- Делись они куда-то, - загрустила девочка. - Пропали, исчезли, растворились.

- Наверняка, пробираются волшебными дворами, - сказал архивариус. - Тут сказано, что старики объединятся в команду, когда узнают о Комнате Подарков. А путь в Комнату проходит через волшебные дворы.

- А нам как туда попасть? - Бахарев даже вскочил со стула.

- Да через окно, - ответил старик. - Оно как раз в первый из волшебных дворов выходит.

Он подошёл к форточке и понюхал воздух:

- Колдовством пахнет. Не иначе, Дед-Буквоед набезобразить успел.

- А зачем колдунам Комната? - спросил Бахарев.

- Разве не понятно?! - удивилась летунья. - Кто откажется от подарков?

- Не совсем так, - поправил архивариус. - Старики считают, что мир их несправедливо обидел. И теперь сами мечтают обидеть всех, кто живёт в нашем мире.

- Эх, - его пальцы прошлись по ровным рядам, - через месяц тут будет такой бардак.

- Вытащите книги из футляров, - предложил Бахарев.

- Нельзя, - испугался старик. - Запылятся они. Для волшебных книг ничего нет хуже пыли. Вот, купил я футляры, а через них такая путаница наступила.

- Подписать бы надо, - нашёл Бахарев новый вариант.

- А когда сведения собирать? - ехидно спросил старик. - Кто будет факты записывать, события фиксировать? И так от жизни отстаю, а ты меня прямиком в минувший век пихаешь!

- Футляры-то не волшебные? - спросила летунья.

- Самые обыкновенные.

- Тогда я знаю, что делать! - обрадовалась девочка. - Мне нужна длинная линейка и набор фломастеров. Самых толстых, какие бывают.

- Без проблем, - ответил архивариус и достал из ящика фломастеры, а из-за стола вытащил линейку.

Линейка оказалась длиннее девочки раз в пять или семь.

- Тебе помочь? - подхватил линейку Бахарев.

- Приложи линейку к футлярам наискосок, - попросила девочка, открывая красный фломастер. - Так, чтобы она легла с самого низа полки до самого верха.

Бахарев поправил линейку. А девочка на тарелке проехалась вдоль неё. На футлярах осталась широкая красная полоса.

- Теперь сразу заметите, если книга не на месте, - сказала она и гордо оперлась на фломастер, словно на посох.

“Здорово! - восхитился Бахарев. - И как просто! Но ни за что не догадаешься, пока не покажут”.

- Хм, - удивился архивариус. - И как это мне самому в голову не пришло. Но вот вопрос. Фломастеров всего шесть, а полок куда больше.

- Купите набор, - предложила девочка, - где тридцать цветов.

- А если не хватит, - добавил Бахарев, - можно не снизу вверх, а сверху вниз линию провести. Или две линии рядом. На одной полке пусть будет красная с синей, а на другой синяя с жёлтой.

- Неплохо придумано, - покачал головой архивариус. - Такие смышлёные ребята в сказке не пропадут. Если кому и суждено поймать Бешеных Колдунов, так это вам.

- Вы обязательно прочитаете об этом в своих книгах, - пообещала летунья, и тарелка пронеслась через форточку.

Бахарев распахнул раму и влез на подоконник. Было высоковато, но мальчик не боялся. Ведь за окном начиналось волшебство.

Часть 2. Синие дворы сумерек

Двор мышинистов

риземление прошло успешно. Подошвы спружинили, и Бахарев даже устоял на ногах.

- Такое чувство, - заулыбалась девочка, - что я тут уже когда-то была.

Двор зарос обычными тополями. Но с ветки на ветку перекинулись разноцветные ленты. А с лент свисали флажки, шарики и фигурные фонари. Будто двор разукрасили для встречи летнего Нового Года.

- Красиво, - Бахарев подпрыгнул, надеясь дотянуться до фонаря. - Но где же колдовство Деда-Буквоеда?

- Ты крайне невнимателен, - сердито ответила девочка. - Прочитай-ка название улицы.

На синем кирпичике белыми буквами значилось: “УЛ. МАШИНИСТОВ”. Так Бахарев и прочитал.

- Ну что же ты? - расстроилась девочка. - Читай правильно!

Мальчик пригляделся. И точно! Никакой “А” и в помине не было! “УЛ. МЫШИНИСТОВ”, - было написано на табличке.

- Ого! - уважительно отозвался Бахарев. - А кто такие мышинисты?

- Те, кто закончил курсы мышевождения, - торопливо пояснила девочка. - Знаешь, в моём имени нет буквы “Ы” - засияли её глаза. - Иначе колдуны нипочём бы её тут не бросили.

Бахарев слушал в пол-уха. До настоящего волшебства оставалась дюжина шагов.

За тополями стояла оранжевая машина. Вместо кузова ей приделали огромный стакан. Стакан наклонился, будто хотел опрокинуться. К тому же он вращался. На ободе сидели мыши в синих комбинезончиках и вращались вместе со стаканом.

- Карусель, карусель, нам работать не лень, прокатись на нашей карусели! - весело распевали тонкие мышиные голоса.

- Ух ты! - вырвалось у мальчика. - Бетономешалка.

- Теперь это бетономышалка, - сказала девочка. - Хочешь прокатиться с мышинистами?

Бахарев хотел. Уж как хотел! Но колдуны были важнее.

- Потом, - нехотя сказал он. - Давай что ли о колдунах спросим. Вот хоть у тех.

У подъезда стояли три необыкновенные мыши. Высокие. Ростом с Бахарева. А одна даже выше. Заметив внимание, мыши заулыбались, замахали разноцветными флажками и пёстрыми букетами цветов. Вся троица тоже была одета в новёхонькие комбинезоны, словно в форму автомехаников. Вернее, мышинистов.

- Сюда! Сюда! - запищали они. - Помогите нам скорее.

Таким замечательным мышам Бахарев помогать ни за что бы не отказался.

- Мышень, - поклонилась высокая мышь.

- Мышок, - другая мышь поддёрнула лямку и шмыгнула блестящим носом. Вернее, шмыгнул. Потому что был парнем, а не девчонкой.

- Мышура, - тонюсенько и капризно пропищала третья.

- Меня Серёжей зовут, но лучше - Бахарев, - пояснил мальчик. - У нас в группе три Сергея. Поэтому проще по фамилии, чтобы не путали. Да я и привык уже.

Мыши кивнули и посмотрели на летунью. Но та промолчала.

- Фи, как невоспитанно, - пискнула Мышура. - Отмалчиваться в культурном обществе.

- Она не виновата, - Бахарев немедленно встал на защиту подруги. - У неё имя украли. Оранжевый такой! Это главный самый. А с ним ещё жёлтый и голубой в крапинку.

- Какие удивительные мыши! - всплеснула руками Мышень. - Вывели новую породу, а новости опять прошли мимо нас.

- Вовсе и не мыши, - сказал Бахарев. - Это три противных старика. Так видели или нет?

- Чего на стариков пялиться? - вступил Мышок и снова шмыгнул носом.

- Они же колдуны! - не утерпела летунья.

- Нам это неинтересно, - холодно отрезала Мышень. - У нас есть дела поважнее.

- Мышей бы мы не пропустили, - добавила Мышура. - А колдуны... Это сейчас не модно!

- Мы тут ненадолго, - перешёл к делу Бахарев. - Говорите, чем помогать.

- У нас делегация с цветами и поздравлениями. Мы встречаем известного автогонщика! - перебивая друг друга, запищали Мышок и Мышень. - Чем больше народа, тем встреча пред-ста-ви-тель-не-е.

- Он уже едет, едет! - восторженно крикнула Мышура.

И точно! Во двор въехала красная машина с прозрачной кабиной. Гоночный автомобиль плавно затормозил возле встречающих. Прозрачный колпак откинулся. Из кабины величаво выбрался ёжик и помахал лапой.

- Слава великому автогонщику! - засуетились мыши. - Слава покорителю дорог!

Ёжик поклонился. Мыши аж подпрыгивали от счастья.

- Спасибо за тёплую встречу, - громогласно поблагодарил гонщик. - А теперь приглашаю на дружеский обед.

- Отпустите нас, пожалуйста! Мы опаздываем, - запищали мыши. - Нам ещё в соседнем дворе известную певицу встречать.

И мигом унеслись. Только пыль в воздухе завертелась.

Сразу стало тихо. Лишь скрипела бетономышалка, да мышинисты пели карусельную песенку.

- Ну что? - подмигнул ёжик Бахареву. - Принимаете предложение?

- Принимаем, - солидно кивнул Бахарев. - А вы нам не поможете? Тут одних поймать надо. И если б на вашей машине…

- За обедом обсудим, - пообещал гонщик. - Мне надо отметиться в местном мышбюро. А там как раз неплохая столовая.

За обедом

толовая была тихой и уютной. Ёжик подхватил поднос и направился к стойке. Бахарев сел за ближайший столик. Летунья вдоволь напрыгалась по упругому сиденью табуретки, а потом перебралась на стол.

Обедать с гонщиком Бахареву понравилось. Вместо супа и второго ёжик принёс по три пирожных себе и Бахареву. К этому он добавил две огромных кружки шипящей газировки. Перед летуньей поставили миниатюрный стаканчик с мороженым и крохотную чашку дымящегося какао.

- Ну, ребята, - улыбнулся ёжик. - Рассказывайте, в чём ваши проблемы? Помогать - это моё призвание. Если чего случится, сразу ко мне. В беде не оставлю.

- Мы их ловили, а они на велосипеде сбежали, - замахал руками Бахарев. - А ещё имя украли вот у неё. А рыжий такой “А” на “Ы” поменял. А перед этим трубу прорвало. А ещё мы их изо льда выковыряли. Жаль только, я не удержал, и она разбилась.

- Стоп! Стоп! Стоп! - остановил рассказ ёжик. - Какая-то мышанина получается. Ну-ка всё с начала. А то Мыш Мышевич ровным счётом ничего не понял.

- Вы же ёж, - Бахарев так и замер. - Почему у вас имя мышиное?

- От дедушки, - подмигнул ёжик. - Родился он простой мышью. Зато вырос знатным автогонщиком. И вот как-то несётся дедушка по лесу. Тренируется, значит. Вдруг видит, ёлка высоченная. И прямо по курсу. Уж на что опытный, а отвернуть не успел. Машина вдребезги. Сам весь в иголках. Ну, чистый ёжик. С тех пор и повелось. Что в нашей семье ни парень, так ёжик и автогонщик в придачу.

- А куда надо врезаться, - озадачился Бахарев, - чтобы дикобразом стать?

- Мы отвлеклись, - напомнил ёжик. - Кого вы хотели догнать на моём автомобиле?

- Бешеных Колдунов, - вступила девочка. - Это они украли моё имя.

- Ах они мышенники! - вознегодовал гонщик. - Ну ничего, мы их живо приструним. Мы их разом припугнём.

Он вытащил из кармана смешной пистолет. Ствол у пистолета расширялся словно воронка.

- Видали? “Мышкет” называется, - похвастал ёжик. - Племянник подарил. Он у меня в мышкетёры подался. А мышкетёры, они больше шпагой сражаются. Вот он мне свой мышкет и отдал. Бери, говорит, дядя, чего мне эту тяжесть таскать.

- Неужели волшебные дворы населены одними мышами? - удивился Бахарев.

- Ты так не скажи! Услышат, обидеться могут, - ёжик тревожно огляделся. - Каждый двор - словно маленькая страна. Жители одного двора совершенно непохожи на тех, кто живёт по соседству. Справа, к примеру, горный двор. Там царство гномов. Слева всякие ползучие твари обретаются. Туда соваться не стоит. А я люблю двор за поворотом. Он зарос говорящими грибами. Отменные слушатели, скажу я вам. Хоть всю ночь их речами развлекай, никуда не денутся. А как поют!

- Фу! - скривилась маленькая волшебница. - Винегрет какой-то получается.

- Во-первых, шоколада никто не обещал, - весело улыбнулся Мыш Мышевич. - А во-вторых, винегрет - отменное блюдо. Даже на званных приёмах, скажу я вам, гости так и норовят скользнуть в кухоньку и закусить порцией-другой винегрета.

В зал ворвалась худющая длиннющая мышь с красным дрожащим носом.

- Срочная мышинограмма, - завопила она. - Известному гонщику Мышу Мышевичу.

- Сюда, сюда, добрый вестник! - ёжик принял конверт и тут же его распечатал.

- Ого! - присвистнул он. - Приглашают на всемирные мышиные гонки. Есть шанс занять призовое место. Эх, ребята! - глаза его заблестели. - Видели бы вы эту трассу. Нет! Ждать нельзя! Отправляюсь туда немедленно!

- А как же Бешеные Колдуны?! - воскликнула летунья.

- С другой стороны, участников многовато, - почесал лоб ёжик. - Что ни заявка, то звезда! Так просто в призёры не выбраться. Нет, скажу я вам, не нравится мне эта гонка. Так что там у нас с Бешеными Колдунами?

- Имя, - жалобно напомнила девочка. - Если я не получу его обратно до следующего вечера, оно исчезнет навсегда.

- Хорошо, - кивнул знаменитый гонщик. - Во-первых, у меня самый быстрый автомобиль в округе. А во-вторых...

Но ёжик не договорил. Через раскрытое окно в столовую заскочил заяц с дёргающимися ушами.

- Телеграмма-молния! - затараторил заяц. - Вручить Мышу Мышевичу.

- Это я, - помахал рукой гонщик, принял сложенный лист и тотчас его развернул.

- Гонки Мышиной Надежды, - хлопнул в ладоши ёжик. - Настоятельно зовут. И отказаться нельзя. В другой раз могут и не пригласить.

- Значит, никак, - погрустнел Бахарев.

Ёжик развернул записную книжку и внимательно проглядел страницы, заполненные мелким почерком.

- Я неприятно удивлён вот этими знаменитостями, - его палец подчеркнул две строчки. - И чего их понесло на Гонки Мышиной Надежды? В прошлый год прекрасно обошлись и без них. Вы помните прошлый год?! - воскликнул ёж. - Видели мой финишный рывок?! И золотую медаль! И поздравления! Да-а-а, - тон его погрустнел. - На золото теперь можно не рассчитывать. А бронза, это уже не то. Если получу бронзу, любой скажет: “Стареет Мыш Мышевич, сдаёт в последние годы”. Нет, ребята, эта гонка не для меня. Да ещё и вам помочь надо. Итак, Бешеные Колдуны...

- Специальное приглашение, - заверещало за окном, и в пролёт влетела растрёпанная ворона. - Мышу Мышевичу. Лично в руки.

- Вот это другое дело! - засмеялся автогонщик, читая красочную открытку. - Смотрите: “Заезд новичков открывает прославленный мастер Мыш Мышевич”. Лично мне такие слова по душе. Эту гонку пропустить невозможно. Мыш Мышевич займёт не просто призовое место. Он займёт ПЕРВОЕ!

- Кроме вас поедут лишь новички? - удивился Бахарев. - Так же неинтересно.

- Эх, мальчик, - вздохнул ёж, поглаживая открытку. - Вот вырастешь и поймёшь, что слава важнее интереса. Следят только за лидером. Его любят и уважают. На него стараются походить. А остальные внимания не заслуживают. Но надо постоянно доказывать, что ты первый. Эта гонка - прекрасный шанс убедить неверующих: Мыш Мышевич не собирается сдавать позиции. Мыш Мышевич по-прежнему впереди.

Бахарев молча вылез из-за стола и пошёл к выходу.

- Вы поймите, ребята, - донеслось ему вслед. - Я бы помог, но гонка... Отказаться просто не имею права.

Летунья семенила за мальчиком. Тарелка ползла следом и злобно дребезжала. У самого выхода девочка оглянулась.

- Пожалуй, провожу-ка я вас, - гонщик смущённо отвёл взор, допил газировку, размашисто вытер рот салфеткой и двинулся к выходу.

На крыльце он замер, похлопал Бахарева по плечу и горделиво взялся за ремень.

- Как вам моя красавица? - тут в его голосе появились беспокойные нотки. - Или не моя? А если моя, почему в кабине посторонние?

За прозрачным колпаком кривлялись три старика: жёлтый, голубой в крапинку и огненно-рыжий. Вдруг мотор чихнул, фыркнул и оглушительно взревел. Замечательный красный автомобиль сорвался с места и мигом исчез за поворотом.

- Но как же это? - опешил гонщик. - Но почему?.. Я этого так не оставлю!

Бормоча под нос ругательства, ёжик отправился в мышбюро.

А что же Бахарев?

Бахарев шагал по дороге. Над плечом вилась тарелка. Летунья не отставала. Бахареву хотелось остановиться и погрустить. Ведь любому ежу ясно, что пешком гоночный автомобиль догнать невозможно.

Но мальчик не мог стоять на месте. Уж очень не хотелось походить вот на такого гонщика. А что-нибудь придумать можно и на ходу.

Магазин вечерних теней

оссе пустовало. Гоночного автомобиля и след простыл.

- Наколдуй такую же машину! - попросил Бахарев.

- Я забыла, как это делается, - вздохнула девочка, но тут же улыбнулась. - А помнишь, как мы ловко срезали по двору? Давай, опять срежем. Ещё нечётко, но я вспоминаю дорогу к Комнате Подарков. Один из её поворотов находится за Теневым Переулком.

- Чего ж колдуны туда не поехали?

- Переулок стережёт Повелитель Теней. Он не выносит колдунов и маленьких волшебниц. Детей, кстати, тоже не любит. Заберёшься в переулок, а Повелитель Теней как цапнет тебя когтями! Но мы спрячемся в чужих тенях и прокрадёмся мимо.

Летунья ловко направила совок в щель между заборами. Бахарев бежал, пыхтел, но не отставал.

Солнце всё чаще пряталось за крышами. Приближался таинственный час. Час сумерек и теней. Узкая улочка повернула и оборвалась. Впереди простиралась широкая площадь с фонтаном. По её краям высились дома с длинными тёмными окнами. Над первыми этажами протянулись вывески магазинов.

- Нам сюда, - девочка показала на вывеску “ВЕЧЕРНИЕ ТЕНИ”. - Вечером тени - длиннее не бывает. В длинных тенях проще спрятаться.

Сумрачный и прохладный зал наполняли шорохи и сквозняки. В тёмных нишах у входа сверкали разноцветные лампочки. Там стояли торговые автоматы. Бахарев поискал щель для монет, но так её и не увидел.

- Как же тут покупают?

- Этот принимает звёздочки, - летунья показала на пятиугольную дырку, - а тот берёт кубиками, - маленькая ручка махнула на тёмный квадрат в соседнем автомате.

- А что они выдают?

- Господи! Тени, конечно же!

Ни кубиков, ни звёздочек в карманах Бахарева не завалялось.

На первый взгляд зал казался совершенно пустым. Но если прищурить глаза, в углах появлялись теневые кресла, на окнах - теневые занавески, на стенах - теневые двери. На квадратных полочках лежало что-то мягкое и тёмное, словно кусочек тучи. За прилавком угадывалась длинная скрюченная тень.

- Хозяин магазина, - шепнула летунья. - Будь с ним повежливей.

- А что ему сказать?

- Он сам скажет. Давай, пока выберем тени.

А как их выбирать? Бахарев потянул первую попавшуюся. Она развернулась уютным махровым полотенцем. Следующая кололась, словно клубок шерсти. А ещё одна укутала Бахарева невесомым пуховым одеяльцем. Эта тень понравилась Бахареву больше всего.

Летунья поменяла тарелку на закопчённую сковородку и кружила теперь у потолка. Маленькие ручки сбрасывали с верхних полок всё новые тени. Девочка никак не могла подобрать самую-самую лучшую. А на полу уже копошилась теневая гора.

Тень хозяина перепрыгнула прилавок и распласталась по стене и потолку. Летунья испугалась, поспешно спихнула сковородку на ближайшую полку и спрыгнула Бахареву на плечо. Невидимое одеяло вздрогнуло, похолодело, но быстро успокоилось и снова стало тёплым.

Засвистели сквозняки, заплескались занавески из сиреневого полумрака, заплясали кресла, задрожали полки. И Бахарев понял, что это заговорил хозяин.

- Ты ему понравился, - пояснила летунья. - Он сам подберёт нам тени.

- А можно мне эту оставить? - Бахарев погладил свою новую тень, и та благодарно пискнула.

Тень на потолке медленно склонилась.

- Он не возражает, - кивнула девочка. - Только чуть-чуть подправит.

В теневой руке появились длинные ножницы и принялись порхать возле Бахарева. Они не клацали, не звенели, зато шуршали и щекотались. Тополиным пухом во все стороны полетели клочки и обрывки.

А потом всё стихло.

- Готово, - девочка захлопала в ладоши. - Знаешь, на кого похожа твоя тень? Самый настоящий медвежонок!

- А чем платить? - осторожно спросил Бахарев. - У нас есть деньги?

- У нас есть тени! - воскликнула летунья. - Вытаскивай всё из карманов.

- Давай, и ты тоже. Вон у тебя карманов-то сколько.

- Нет-нет-нет. На тени волшебных предметов я не меняюсь.

Бахарев спорить не стал. Поди, пойми этих маленьких волшебниц. И на прилавок свалились два гвоздя, автомобильчик, полдюжины шурупов, трескучая пружина, одноглазый морячок и два кусочка сахара в спичечном коробке.

Руки хозяина заметались на потолке.

- Достаточно, - перевела девочка.

Теневые пальцы подцепили морячка и отодвинули остальное.

- А он его не зажмёт? - забеспокоился Бахарев.

Морячка он любил, а друзей в уплату не оставляют.

- Потерпи и узнаешь, - загадочно ответила летунья.

Внезапно вспыхнули яркие лампы. По прилавку протянулись четыре тени: лиловая, сиреневая, серая и фиолетовая. Хозяин ловко сгрёб их и спрятал в ящик.

А Бахарев быстро положил моряка в карман.

Теневой человек склонился над Бахаревым. В ладонь мальчика упал упругий крошечный шарик.

- Это для меня, - пояснила девочка. - Смотри, не урони раньше времени. А то убежит.

Тень хозяина скользнула по стене и распахнула одну из дверей. И снова что-то засипело, заурчало, зашелестело.

- На выход, - скомандовала летунья.

Путники спустились по широкому крыльцу.

На сдачу хозяин вручил им две порции эскимо в шоколаде. Ничего вкуснее Бахареву пробовать не доводилось. Летунья тоже не отставала. Маленький язычок ловко слизывал всё новые и новые кусочки сладкой тени.

Теневой переулок

-
  переулок ведут два входа: восточный и западный, - рука летуньи указала сначала налево, потом направо. - Возле каждого растёт огромный дуб. Не заблудимся.

И верно. По обе стороны от ближайшего дома виднелись высокие деревья.

- Какой вход выбираем? - задумалась волшебница.

- Конечно, западный, - без промедления ответил Бахарев.

- Почему?

- Ты говорила, надо спрятаться в тенях. Сейчас солнце светит с запада. Значит, тень от западного дуба тянется через переулок.

- Можно подумать, у восточного дуба нет тени, - хмыкнула летунья.

- Тень-то есть, - пояснил Бахарев, - но в переулок не попадает. Ведь солнце укладывает тени в одном направлении.

Переулок оказался небольшим. Всего-то четыре дома. Сквозь камни древней дороги пробивалась высокая трава. По обочинам росли тополя. В их листве таинственно светились сиреневые фонари. И каждое дерево, каждый куст, каждая скамейка отбрасывали разноцветные тени. От голубых и почти незаметных до беспросветных, как небо зимней ночи. Переулок замыкали заросли кустов. За ними виднелись коробки гаражей.

- Ну, заснул что ли? - нетерпеливо притоптывала девочка.

Бахарев не ответил. Он смотрел на ближайший дом.

Стены от сияния фонарей лучились серебром. Бездонными колодцами темнели окна. Свет горел лишь в одной квартире. На балконе второго этажа высился Повелитель Теней.

Узкое и длинное лицо застыло, как маска. Худое тело облегал чёрный костюм. Когтистая лапа сжимала толстую книжицу. Вторая лапа крутила сигару. Третья задумчиво скребла по толстой шее. Четвёртая тянула из кармана золотистую цепочку. А были ещё пятая и шестая.

Тень дуба обрывалась на середине переулка.

Сердце стучало отбойным молотком. Вот как волновался Бахарев, когда вынырнул из тени. Девочка семенила рядом. Лететь было нельзя. Потому что тени могут ползти, идти, бежать, стелиться, плыть, скакать. И только летучих теней не бывает.

За путниками едва поспевали свежекупленные тени. К Бахареву прицепились две лохматые, медвежьи. Одна - пухленькая коротышка. Чуть впереди вторая - могучая и длинная. А вместе - будто папа-медведь вывел на прогулку медвежонка.

Шарик из магазина подарил девочке четыре тени: тоненькие, кошачьи, остроухие. Маленькая летунья тихо посмеивалась. Её забавляло, когда хвосты цеплялись за тени трав и кустов.

Небо над переулком странно белело. В сплетениях трав копошились теневые человечки. Выскочат, улыбнутся, махнут пушистой лапкой и снова исчезнут. Пахло дальними странами: фруктами, слонами, ржавыми якорями и смолой. Тихими были владения Повелителя Теней. Лишь доносился топоток невидимок, перешёптывания ветерков в тополях да крики неведомых птиц над высокими крышами.

Повелитель Теней осматривал свои владения. А пара медведей и озорная четвёрка котят всё ближе подбиралась к гаражам.

Вдруг нестерпимо зачесалось в носу, и Бахарев чихнул.

Глаза Повелителя Теней вспыхнули синими огнями сварки.

- Ой! - глаза летуньи от страха превратились в колодцы. - Он нас заметил! Заметил!

- Тише, - прошипел Бахарев. - Может, ещё обойдётся.

Не обошлось. Повелитель Теней не верил в чихающих медведей и говорящих котят.

Высокая фигура перепрыгнула балконные перила, бесшумно приземлилась и зашагала на тонюсеньких длинных ножках, как на ходулях. Ох, и широкие получались шаги. Бахарев заторопился. С такими ногами их догонят в два счёта.

- Подожди! - пропищало сзади. - Я не успеваю.

Пришлось оглянуться. Летунья безнадёжно отстала, а Повелитель Теней стремительно приближался. Бахарев посмотрел на гаражи. До них было рукой подать. Два прыжка, и ты на свободе.

Но тогда маленькую летунью схватят!

Не время переминаться с ноги на ногу. Бахарев мигом развернулся и рванул на выручку. Ходули Повелителя вблизи казались не паучьими ножками, а фонарными столбами. Все шесть рук шарили по траве и кустам. Разбежались тени испуганных котят. Повелитель оскалился. Видимо, он на самом деле не любил маленьких волшебниц. Руки протянулись к девочке.

Но Бахарев уже подхватил летунью. Он бережно прикрыл её пальцами, а потом кувыркнулся в кусты. И бросился бежать, что есть сил. Ветки трещали, как пулемёт. Вот оторвалась тень папы-медведя. Вот потерялся в траве медвежонок. А Повелитель Теней никак не мог нашарить беглецов. Три руки пытались схватить Бахарева. Три других норовили подцепить его тень, которая суматошно металась по кустам.

Бахарев не желал остаться тут навсегда. Ужом он выскользнул из кустов, протиснулся между гаражами, вырвался с другой стороны и едва успел затормозить у дороги.

В глаза кольнул луч заходящего солнца. Багровый шар полыхал в проходе между домами и готовился исчезнуть за краем земли. Наступила уютная тишина. Теперь Повелитель был не страшен. Волшебство теней исчезло. Пальцы разжались и осторожно опустили маленькую летунью возле придорожных кустов.

Девочка послала Бахареву воздушный поцелуй благодарности. Из кармана появилось увеличительное стекло. Только что оно было маленьким, а теперь снова стало большим-пребольшим. Маленькая летунья ловко уселась на ручку и направила стекло на дорогу. Остроухая голова склонилась над линзой. Зелёные глаза всматривались в припорошенные пылью дорожные трещины.

- Ни следа, ни следочка! - радостно воскликнула девочка. - Трудно поверить, но мы их обогнали. Давай чуть отдохнём. Мы заслужили.

Бахарев молча кивнул и опустился на мягкую траву. Глаза слипались. Хотелось заснуть и оказаться дома. Но разве можно спать, когда вот-вот появятся три противных старика, больше известных под именем "Бешеные Колдуны"?

И тогда Бахарев представил, что перед ним граница. А на посту не спят. Он замаскировался в кустах, словно бывалый пограничник, и принялся ждать нарушителей.

Джентльменское соглашение

олдуны не заставили долго ждать. К удивлению Бахарева они шли пешком. Впрочем, судьба гоночного автомобиля прояснилась очень быстро.

- Такой был автомобильчик! Хорошенький! Уютный! Славный! - стонал голубой старикашка в крапинку.

Правда, теперь крапинки усеивали всю разноцветную троицу, будто их разом обрызгали грязью.

- А нечего было руль вертеть, - оборвал стоны жёлтый. - Не умеешь - не берись.

- Зато, помнишь, как весело столбы через дорогу бегали? - спросил голубой.

Троица остановилась, прикрыла глаза и погрузилась в приятные воспоминания.

Вот тут-то бы их и схватить! Бахарев выскочил из засады, но не мог сообразить, чем бы накрыть всех колдунов сразу.

- Бегали весело, жаль вот один не успел, - открыл глаза оранжевый старикашка и увидел Бахарева.

Он присвистнул и отступил.

Теперь открыл глаза голубой старикан. И они сразу расширились от удивления.

- Эге, - хитро подмигнул он. - А мальчик вызывает уважение.

Тут же прозрел жёлтый старик. Он подскочил к Бахареву, подпрыгнул, ткнул пальцем в живот и прохрипел:

- Ну-ка, малец, выкладывай, где ты упёр сапоги-скороходы?

- Отдайте ей имя, тогда скажу, - решил схитрить Бахарев.

- Чего захотел, - апельсиновая шёрстка главного колдуна взъерошилась. - Мы ей имя, а она нас в коробку. Нет-нет-нет! Главнокомандующим пушинок и пылинок я не стану. Наша цель - Комната Подарков. И я никому не посоветую мешать Бешеным Колдунам.

- Прррочь с дороги, пацан! - проревел жёлтый и, расставив руки, пошёл на Бахарева.

Глаза его вылупились и светили, как прожекторы. Хотя старик выглядел весьма грозно, Бахарев и не подумал отступать. Он схватил вредного старикашку за шиворот и начал трясти, что есть силы.

- От... Пус... Ти! - старик извернулся и ловко куснул Бахарева за руку.

Пальцы разжались, и жёлтый колдун покатился по дорожной пыли.

- Тупичок, - вздохнул голубой колдун. - Не нашим и не вашим. И что теперь? Мы тут всю ночь будем прохлаждаться?

- Вы не разговаривайте, - посоветовал Бахарев. - Вы имя верните.

- Имею деловое предложение, - вперёд выступил главный колдун. - Чем пыхтеть понапрасну, лучше заключим джен-тель-мен-ско-е соглашение.

- О как! - восхищённо кивнул голубой старик.

- А имя? - сердито спросила девочка.

- Слушай дедушку, малютка, - оскалился жёлтый колдун. - Дедушка всё и объяснит.

- Мы делили апельсин, - улыбнулся голубой старик и погрозил пальцем. - МНОГО нас, а он ОДИН!

- Мораль ясна, - кивнул главный колдун. - На всех не хватит. Значит...

- Тот, кто первый, тот и прав, - бешено завращал глазами жёлтый.

- А ну заткнись! - рассердился оранжевый. - Запутали мальчонку. Я хотел сказать: зачем нам суматошная беготня? Суета и всё такое. Устроим гонку по правилам. А призом будет Комната Подарков. Соревнование - это по честному. Согласны?

“Соревнования - словно олимпиада”, - подумал Бахарев и кивнул. Глядя на него, кивнула и маленькая летунья.

- Вот это другое дело! - развеселились колдуны.

Жёлтый и голубой запрыгали вокруг Бахарева. Оранжевый стоял на месте и загадочно улыбался.

- Быть может, к нашей гонке желают присоединиться и другие, - вымолвил он после минутной паузы.

- Это мы-ы-ы-ы, - раздалось грозное мычание. - Мы-ы-ы хоти-и-им подарки-и-и. Но только-о-о не становите-е-есь у нас на дороге-е-е.

И в кустах зажглось шесть красных глаз.

- Знаете, кто это? - зашептал голубой колдун, прикрыв рукой рот. - Сумеречные Страшилы. На свете нет никого злее, коварней и опаснее.

- Эй-эй, - зашумело сзади.

Над гаражами показалась голова Повелителя Теней. Без двора, наполненного тенями, он не выглядел грозным.

- Я тут краем уха подслушал, - смущённо признался он. - Скажу по секрету, управлять тенями мне наскучило давным-давно. Поэтому я решил взять отпуск и вкусить настоящей жизни. Решено. Записывайте меня участником.

- Меня не забудьте, - из-за поворота, пофыркивая, выкатился гоночный автомобиль.

Как две капли воды похожий на тот, что украли Бешеные Колдуны. Только серебристый. Зато ёжик за рулём ничуть не изменился.

- Мне с детства любая гонка по нраву, - заявил он. - Если, конечно, там нет соперников, способных меня обогнать. Я буду участником номер один. И не спорьте. Моё имя обеспечит нам всеобщее внимание.

- Вот прилип, - возмутился Бахарев. - И кто его звал?

- Да и остальных откуда принесло? - поддержала его летунья. - Мы колдунов еле-еле обогнали. А тут вон ещё сколько народа рвётся к подаркам.

Как только ёжик украсил автомобиль красным кружком с золотой единицей, вспыхнул свет мощнейших прожекторов. На дороге внезапно появились сотни, тысячи зрителей. Вперёд выкатилась телекамера.

- Ой, - обрадовалась девочка. - Сейчас нас по телевизору покажут.

Она быстро вытащила расчёску, сняла шляпу и принялась укладывать волосы. Малютка долго глядела в зеркальце и морщилась. Затем она принялась расчёсываться в другую сторону. Напоследок летунья зачесала шерсть на кончиках ушей причудливыми кисточками и, весьма довольная собой, водрузила шляпу на место.

Пронзительный голос заверещал чуть ли не в ухо Бахареву:

- Итак, господа! До старта остаётся несколько минут. Не сомневаюсь, это соревнование станет главным событием сезона. Внимание миллионов телезрителей приковано к экранам. И мы начинаем свой репортаж...

- Теперь мама увидит, что я из садика сбежал - испугался Бахарев.

- Не бойся, - девочка старалась перекричать гул толпы. - Мы же в волшебном районе. Передача ведётся только для местных жителей.

На дорогу выбежал пышущий здоровьем усатый дяденька, улыбнулся и махнул флажком в жёлтую и чёрную клетку. Хлопнул выстрел.

Автомобиль знаменитого гонщика взревел и унёсся вдоль по дороге. Погасли в кустах таинственные красные глаза. Мелькнуло сизое пятно. Это отправился в путь Повелитель Теней.

- Мы будем неотступно следить за лидерами, - возвестил верещащий голос и умолк.

Погасли прожекторы. Сотни и тысячи зрителей бесследно исчезли.

- Гоним! - скомандовал Дед-Буквоед, щёлкнул пальцами, и на ногах у бешеной троицы появились роликовые коньки.

- Постойте! - крикнул Бахарев. - Вы сказали, гонка будет по правилам. А правила никто не объяснил.

- Правило одно, - сказал апельсиновый старик. - Участники не имеют права помогать друг другу. Нарушители снимаются с трассы. Побеждает тот, кто первым окажется в Комнате Подарков.

- А ехать на чём? Гонка - это автомобили или яхты!

- Гонка, мой мальчик, это то, у чего есть старт и финиш, - покровительственно объяснил главный колдун, - Тот, кто доберётся к финишу первым, получит награду. А на чём он к нему доберётся - личное дело победителя. Ведь в правилах нашей гонки ничего об этом не говорится.

- А больше правил нет, - захехекал жёлтый. - Нас от правил тошнит. От правил мы становимся тихими, скучными и сонливыми.

А голубой ничего не сказал. Просто оттолкнулся и поехал. За ним вплотную держались жёлтый и оранжевый.

Бахарев стоял на пустой дороге.

- Ты - самый лучший, - летунья присела на обломок кирпича. - Как тебе удалось узнать дорогу к Комнате Подарков?

- Дорогу? - переспросил Бахарев. - Не знаю я никакой дороги.

- Тогда зачем же ты согласился на гонку? - удивилась летунья. - Куда мы поедем? И на чём?

В груди у Бахарева испуганно похолодело. Как много вопросов. И ни одного ответа. И никого, кто мог бы помочь.

Гонка начинается

де-то далеко-далеко за горизонтом пряталась Комната Подарков. И к ней спешили участники гонки. Все-все-все. Кроме Бахарева и маленькой летуньи.

- Ладно, - сказал Бахарев. - Разберёмся.

- Тут не разбираться, тут догонять надо. Чего мы время понапрасну тратим?

- Не могу же я всё время бежать. Надо ТАКОЕ придумать. ТАКОЕ...

- Вот если бы ты умел летать, - наставительно сказала девочка.

Она хлопнула в ладоши. Из теневого переулка выкатилась покинутая тарелка. Летунья мигом вскочила на неё и завертелась в зелёных волнах листвы.

- Постой, постой, - Бахарев озадачено почесал нос, вспоминая яркую картинку из журнала. - Эй, летунья, у тебя есть верёвка?

- Держи, - сверху упал конец разноцветного шнура.

- Подходяще, - обрадовался Бахарев, подобрал обломок ветки и обвязал его посередине.

- А это ещё зачем?

- Есть одна мысль. Найти бы хоть что-нибудь на четырёх колёсах. Пусть даже на трёх.

- В волшебном районе найдётся всё, - загадочно улыбнулась летунья.

Мальчик огляделся, заглянул под кусты, подскочил к обочине и вытянул из канавы доску на роликах. Даже с облезлой краской и пропылившимися колёсами она выглядела вполне надёжно.

- Даже лучше, чем хотелось! - Бахарев поставил доску на дорогу, запрыгнул на неё и скомандовал. - А теперь в путь.

Тарелка рванулась вперёд. Верёвка натянулась. Мальчик согнул ноги, чтобы не упасть. Колёса зашуршали. Сначала медленно, а потом всё быстрее и быстрее доска покатилась по дороге. Через несколько минут Бахарев уже уверенно держал равновесие и даже мог разговаривать.

- Не тяжело? - первым делом спросил он.

- Вот ни чуточки, - покачала головой девочка и лукаво улыбнулась. - Получается, я тебя везу.

- Когда научусь летать, тоже на себе покатаю, - пообещал Бахарев.

Район волшебных дворов наполняли причудливые здания. То мелькали за узорными оградами яркие дворцы. То мрачными скалами высились дома из неотёсанных каменных глыб, где могли жить разве что тролли. То надписью “Мороженое” светился кубик киоска.

- Фи, и кто только строил этот город? - морщилась девочка. - Сплошная каша!

- А я люблю, когда всё - РАЗНОЕ! - спорил Бахарев. - Словно “Детский мир”. Там продают и автомобильчики, и конструкторы, и сборные модели, и настольные игры. Убери хоть один отдел, и сразу поймёшь, что чего-то не хватает.

Позади оставались разноцветные гаражи, покосившиеся сараи, зеркальные витрины и полосатые будки. Встречались и кварталы привычных пятиэтажек, словно со сказкой здесь граничил самый обычный город.

- Странно, что дорога пустая, - удивился мальчик. - Я бы хотел посмотреть на здешние автомобили.

- И ничего странного, - хмыкнула маленькая волшебница. - Трассу специально очистили, чтобы под ногами никто не путался. Зато, смотри, как быстро мы едем.

Светофоры полыхали зелёным светом. Скоро стали попадаться и синие огни. Бахареву нравилось ехать быстро. Он нёсся словно на машине. Но когда посмотрел вперёд, то чуть не упал от ужаса.

- Тормози! Тормози! - закричал он.

Словно гора, словно неприступный утёс, дорогу перегородил мрачный небоскрёб с широченным крыльцом.

Летунья испугано рванулась вниз, а доска всё ехала и ехала, хоть её уже никто не тянул. Хорошо, что скорость снижалась. И когда потрёпанный нос доски ткнулся в крыльцо, Бахарев легко сумел спрыгнуть.

На ступеньках сидели участники гонки. Не было лишь колдунов, да Сумеречные Страшилы куда-то делись. Лицо Повелителя Теней было грустным. На морде ёжика застыла печаль.

- И эти туда же, - ёжик встретил летунью и Бахарева тяжёлым вздохом.

- Чего разнюнились? - Бахарев не выносил плакс. Тем более, если слёзы лил знаменитый гонщик.

- Чего, чего? - проворчал Повелитель Теней. - Сам видишь. Ни проехать, ни пройти. Колдуны проскочили. Я - за ними, и чуть не пострадал. Откуда вынесло эту домину? Секундой назад тут дорога была. И вот на тебе!

Бахарев взглянул вперёд. Ступени упирались в железную дверь. Рядом с дверью примостилась табличка, на которой темнели четыре буквы “РОВД”.

- Колдуны издеваются над нами, - подхватил Мыш Мышевич. - Насмешничают. Сказали, мол, кто наше волшебство разгадает, получит подарок и без комнаты. А сами дорогу украли!

- Разве в Комнату Подарков ведёт всего одна дорога? - удивился Бахарев.

- Без понятия, - уныло простонал ёжик. - Я думал, трасса знакомая. Куда там! Я тут и не бывал ни разу.

- А я думал, указатели поставят, - пояснил Повелитель Теней. - Но так и не нашёл ни единого. Это ж не знак, - он показал на табличку третьей и пятой рукой. - Это вывеска.

- Знаменитый гонщик не будет прохлаждаться. Поищу объезд, - гордо заявил ёжик, сел в свой замечательный автомобиль и укатил налево.

Туда же по стене строгого дома унеслась тень длинного автомобиля. Повелитель Теней тоже не хотел задерживаться в таком подозрительном месте.

- А мы куда? Налево или направо? - спросила девочка.

Бахарев посмотрел вслед серебристому автомобилю. Потом в другую сторону. Обе дороги ему не понравились.

- Колдуны вперёд поехали, - мальчик толкнул суровую дверь. - Они знают дорогу. Увяжемся за ними, и сами не пропадём.

Дверь не сдвинулась ни на миллиметр.

- Не вижу никакой дороги. И ждать не хочу. Давай, решай скорее, - потребовала летунья. - Налево едем или направо?

- Надо искать дорогу, по которой уехали колдуны, - отрезал Бахарев.

- Ну-у-у, какой ты! Зря я с тобой связалась! Ничегошеньки не умеешь! С тобой нипочём не добраться до Комнаты Подарков!

“А сама-то! - захотелось крикнуть Бахареву. - Сама что умеешь?! Только летать. А толку! Вон, даже имя своё потеряла. И чего я с тобой вожусь? Захочу и вернусь обратно. Мама с папой там испереживались. А ты, если хочешь, ищи себе свою комнату”.

Но он только плотнее сжал губы, чтобы не вырвались злые слова. Ему не хотелось поворачивать. Ехать вперёд куда интереснее. Вот бы увидеть: какие они дальше, волшебные дворы.

И ещё ему очень хотелось выиграть эту удивительную гонку.

Двор перевёртышей

тобы успокоиться, взрослые обычно считают овец. Но у Бахарева был свой метод: читать вывески наоборот. И настроение быстро поднималось.

Вывесок вокруг было хоть отбавляй. Бахарев мигом превратил “ГАСТРОНОМ” и “МОЛОКО” в “МОНОРТСАГ” и “ОКОЛОМ”. С другой стороны улицы слова оказались потруднее. Бахарев прочитал “ИНАКТ” и “ЫТКУДОРП”. А что там было на самом деле, догадайтесь сами. Затем он посмотрел на дом, который загородил дорогу, и громко прочитал “ДВОР”.

Мрачный дом внезапно исчез. Перед Бахаревым раскинулся большой двор с дорожками и деревьями.

- Это... - запинаясь, спросила девочка. - Это ТЫ наколдовал?

- Сам не понимаю, как получилось, - признался Бахарев.

- Колдуны поработали. Перевернули слово и спрятали дорогу. А ты прочитал правильно, и волшебство исчезло.

- Тогда принимай меня на буксир, - Бахарев уже не вскочил, а просто уселся на доску.

Они въехали во двор. Тот оказался вовсе не таким обычным, каким виделся на первый взгляд.

В его центре высился здоровенный куб. К нему привалился парусный барк. Кое-где вдоль домов высились пирамиды консервных банок. Стены без окон, без дверей оплыли, словно расплавленный пластилин. Такая же стена высилась за спиной.

- Ни входа, ни выхода, - испугалась девочка. - Глухой двор.

Стояла удивительная тишина. Ни шума, ни шороха. На крыше беззвучно разевал пасть кит. В скамейку у подъезда вонзился топор. У водосточной трубы развалился разжиревший клещ.

- Может, по ним выберемся, - Бахарев протянул руку к провисшим серебряным верёвкам.

По ближайшей из них пробежали сиреневые искры.

- Ой, не трогай, не трогай, - закричала летунья. - Это же провода! А по ним идёт ток!

- Меня трогать запрещено, - искры сложились в крохотного фиолетового человечка. - Я опасен. Ужас сказать, до чего я опасен.

- Разве ток может разговаривать? - Бахарев ни чуточки не испугался, но и хватать человечка не спешил.

А человечек улыбнулся и довольно затрещал.

- Я догадался! - крикнул мальчик. - Если колдуны всё вывернули наизнанку, значит, не пощадили и тебя. Никакой ты не ток!

- А кто же я? - удивился человечек.

- Ты просто обыкновенный КОТ!

И тут же провода унеслись ввысь, а на землю спрыгнул пятнистый, бело-чёрный, потрёпанный котище.

- А ты умён, - промурлыкал он. - Но посмотрим, сумеешь ли распутать все узелки?

И сиганул за куб.

- Давай-ка приведём двор в порядок, - предложил Бахарев. - Всё, что видишь, читай наоборот. А там, глядишь, и выход найдётся.

- Бук! - сказала девочка.

Огромный куб обернулся развесистым деревом.

- Краб! - крикнул Бахарев.

Корабль, который занимал половину двора, мигом сдулся. Под камень втиснулся маленький крабик. Волшебство разбилось. Сила колдовских слов уже не могла сдерживать перевёртыши. Двор наполнился звуками.

- Тик, тик, - тикали часы на крыше. А кит бесследно испарился.

- Щелк, щелк, - щелчки капель из водосточной трубы звенели весёлыми трелями.

Топор тоже исчез. Вместо него со скамейки послышался ропот. Роптали старушки. Им не нравилось, что маленький мальчик гуляет без родителей.

Перевёртыши уступали место привычным вещам. Стены уже не казались кусками пластилина. Появились окна, выдвинулись балконы, первые этажи затянулись стеклянными полосами. Двор становился самым обычным двором.

- А подарок? - маленькая волшебница не ленилась заглянуть за каждую кочку. - Куда старикашки умудрились засунуть подарок?

- Подарок, - повторил мальчик. - Корадоп. Тут дело не в перевёртыше.

- Нет здесь никакого подарка, - чуть не плакала волшебница. - И выхода нет!

- Наверное, мы ещё не все слова правильно прочитали, - предположил Бахарев. - Посмотри на витрины. Они должны выходить на улицу, а не во двор.

- Тогда читай вывески. Читай скорей, иначе мы последними и останемся.

“ДОМ СПОРТА”, - было написано слева. Витрину заполняли мячи, гантели, велосипеды, шахматные доски.

“ДОМ ОБУВИ”, - значилось справа. За стеклом рядами стояли туфли, босоножки, сапоги и яркие кроссовки.

“ДОМ ИГРУШЕК”, - самая замечательная надпись оказалась впереди. Над открытой дверью тихонько позвякивал колокольчик. В прохладной глубине загорались то красные, то зелёные огоньки. По игрушечному холму протянулись игрушечные рельсы. А по ним сновали почти настоящие поезда. Только маленькие.

- А в Комнате Подарков будут такие? - тихо спросил Бахарев.

- Ещё лучше будут, - пообещала летунья. - Не отвлекайся. Выход ищи.

- С вывесками, вроде, всё в порядке, - подвёл итоги Бахарев. - В чём же дело?

- А сзади?

Пришлось в очередной раз обернуться. За спиной тоже оказалась витрина. Но её наполняли всякие несуразности.

“ДОМ ЕЬЛЕТА”, - протянулись по фасаду гигантские буквы.

- Это ещё что такое? - изумилась летунья.

Бахарев сначала растерялся, но потом догадался прочитать вывеску наоборот:

- Ателье мод.

И витрины сразу пропали, уступив место окнам и подъездным дверям.

- А выход? - пожаловалась летунья.

Бахарев крутил головой. Всё стояло там, где и должно находиться. Никаких вывертов. Никаких странностей. Что пряталось во дворе? Что загораживало выход?

Подозрение вызывали лишь баночные пирамидки, лепившиеся к стенам. Пришлось познакомиться с ними поближе.

“Икра”, - значилось на матовой стенке, а сверху изгибался лиловый кабачок.

- Арки, - сказал Бахарев.

И перед ним появилось целых два прохода.

На том конце арок продолжалась трасса. Только что по ней промелькнула машина Повелителя Теней.

- Несмотря на ловкий манёвр, Бахарев покинул тройку призёров, - рявкнул притаившийся в тени громкоговоритель. - Хотя для маленького мальчика оказаться в ней даже на полчаса - уже праздник.

- Вот так всегда, - расстроилась девочка. - Обо мне ни единого слова. Да и тебя обругали. Выставили нашу неудачу напоказ.

Бахарев не ответил. Последнее слово звенело и не хотело исчезать.

- Спасибо! - просиял он и остановился. - Теперь я знаю, где подарок. Тот, что обещан колдунами.

- Напоказ. Это у всех на виду. Хорошее слово, - и мальчик прочитал его задом наперёд. - Закопан.

Земляной холмик вырос у самых ног. Оставалось нагнуться и раскидать комья сырой земли. Пальцы наткнулись на крохотный сундучок.

- По-моему, это оставили для тебя, - сказал Бахарев, когда открыл крышку.

Любопытная летунья тут же заглянула внутрь.

На алом шелку покоился свёрток, перевязанный верёвкой. Концы верёвки скрепляла шоколадная печать. На одной стороне красовался портрет маленькой летуньи. На другой выдавили “З”.

- Вот тебе ещё одна буква, - обрадовался Бахарев.

- Буква внутри, - возразила девочка. - А это цифра “три”.

- В твоём имени есть даже цифры?

- Нет там никаких цифр. Просто эту букву надо открыть третьей. Такое на ней заклятье.

- Объясни, - потребовал Бахарев.

- Некогда, - замотала головой девочка. - Нас почти все уже обогнали. Залезай на доску. Так и быть, покатаю тебя ещё немного.

Выбор пути

ыстро темнело. Всё больше окон вспыхивало тёплым светом. Зажглись придорожные фонари.

Чуть впереди шоссе сворачивало направо. Сизый контур теневого автомобиля распластался по стене кирпичного дома. Вытянув длинные ноги, у поворота сидел Повелитель Теней. Он не видел ни Бахарева, ни волшебницы. Высокая фигура склонилась над дорогой и что-то рассматривала.

- Вот бы узнать, чем он занят? - летунья мягко дёрнула Бахарева за воротник.

- Сейчас поглядим. Жди меня здесь.

Мальчик неслышно подкрался к мрачной фигуре и осторожно заглянул через плечо.

На дороге лежала карта.

- Как выяснилось, трасса проходит следующим образом, - коготь скользнул по нарисованным улицам, оставляя серебристый след.

Линия извивалась, как змея. Она обрывалась в центре карты у загадочного чёрного круга.

- Предположим, Комнату спрятали здесь, - Повелитель Теней вытащил камешек, полыхавший алым сиянием, и поставил его в один из углов.

От волнения Бахарев засопел столь громко, что Повелитель обернулся.

- А, это ты, - кивнул он. - Тоже в одиночку?

- Нет, - мальчик показал на летунью, которая аж подпрыгивала от нетерпения. - Просто она подойти стесняется.

- А я вот один, - вздохнул Повелитель Теней. - Думал, гонка - это столпотворение, бесконечные расспросы, новые друзья и знакомые. А вокруг тишина. Вот и говорю сам с собой. Не правда ли, печально?

- Зато вы трассу разузнали, - ободрил его Бахарев. - А не покажете, где мы сейчас находимся?

- Легко, - коготь скользнул к началу серебристой линии и остановился на одном из изгибов. - Здесь расположены синие дворы сумерек. Дальше трасса уходит в самый центр города. А после надо выбираться на окраину. Беда в том, что до конца дорога известна только Бешеным Колдунам.

- А колдуны сейчас где?

- Здесь, - коготь черкнул по карте ещё раз. - Сумеречные дворы они ещё не покинули.

Изгибы серебристой кривулины пересекла прямая линия. Словно косичку, её сплетали три цвета: оранжевый, жёлтый и голубой. Линия обрывалась там, где нарисовали большое скопление домов, домишек и домищ.

- Но почему они сошли с трассы?!

- Колдунам закон не писан. Хотят - едут по трассе. Не хотят - срезают по дворам. Ведь напрямик куда короче.

- А почему остальные не срезают?

- Для этого нужна рисковая голова. Колдуны оставляют волшебные ловушки. Я лично рисковать не стану. Перехвачу их вот здесь, - коготь ткнул в загадочный кругляшёк, где исчезала серебристая линия. - Это туннель под железной дорогой. В районы, где спрятана Комната Подарков, можно попасть только через него.

- Получается, Колдунам дорога короче. Разве их догонишь?

- Зато они не торопятся. Поэтому я и надеюсь прибыть к туннелю раньше. Подкараулю колдунов, сяду им на хвост и буду ждать финиша.

- По-моему, срезать - это нечестно!

- Почему? Правила нашей гонки это не запрещают. Ты же помнишь, существует всего одно правило: участники не имеют права помогать друг другу.

Когтистые руки нервно скомкали карту и запихали её в карман. Повелитель Теней внезапно смолк. Он испуганно покосился на Бахарева, потом на дорогу и снова на Бахарева.

- А я ведь показал тебе путь, - заволновался он. - Получается, помог тебе. Значит, теперь меня снимут с трассы.

Они помолчали.

- Не-а! - просиял Бахарев. - Будем считать, что я незаметно подкрался, подсмотрел и подслушал. А вы просто разговаривали сами с собой.

- Точно! - обрадовался Повелитель Теней. - Пусть все так и думают. Надеюсь, ты не будешь возражать, если я позволю себе немножко вас обогнать.

- Позволяйте, - разрешил Бахарев. - Я по трассе не поеду. Раз срезают колдуны, будем срезать и мы.

- Опасное решение, - покачал головой Повелитель Теней. - Но отговаривать не стану.

Он обернулся тенью и слился с силуэтом автомобиля на стене дома. Автомобиль бесшумно сорвался с места и унёсся прочь.

Ярмарка волшебных вещей

-
у? - девочка разгуливала по опустевшей дороге взад-вперёд. - Узнал что-нибудь ценное?

- Едем за колдунами, - Бахарев нарисовал в придорожной пыли извилистую линию и перечеркнул её прямой. - Пусть короткая дорога опаснее. Мы уже разгадали загадку одного волшебного двора, справимся и с остальными.

Вдруг за спиной что-то мощно загудело и забибикало. Обернувшись, путешественники увидели, как мимо пронесся автомобиль знаменитого гонщика.

- Привет, привет, - помахал им Мыш Мышевич.

- Вот разогнался, - проворчала летунья. - Попробуй, догони такого лихача. Ладно, будь по-твоему. Срезаем через дворы.

И что же! Только что перед ними открывался проход в следующий двор. А теперь не было никакого прохода. Вдоль дороги тянулся заборчик, за которым росли яблони. У заборчика стояла лавка. На лавке сидел неказистый оборванный человечек и дымил окурком. Щёки его поросли колючками. Маленькие глазки быстро бегали по сторонам.

- А, братан! - воскликнул он при виде Бахарева. - Друг! Однополчанин!

Он спрыгнул с лавки, подбежал к Бахареву и шумно похлопал по плечам мальчика, а затем по бокам и ногам. Потом отпрыгнул, почесал колючий подбородок и довольно захехекал.

Бахарев ощупал подозрительно пустые карманы. И точно! Все до единой вещи загадочно исчезли.

- Что с воза упало, то пропало, - смеялся человечек. - Идите отсюда, детки. Здесь на страже Старый Вор.

- Снова колдуны наворожили, - вздохнула малютка. - Всё-таки придётся в обход.

- Дай-ка твою букву “Д”, - попросил Бахарев.

- Зачем? - воспротивилась летунья. - Хочешь и её потерять?

- Не бойся, верну. Ещё не поняла, что придумали колдуны?

- А ты уже догадался?! - глаза девочки широко раскрылись.

- А то, - ответил Бахарев и положил букву в нагрудный карман.

- Слабо из этого кармана украсть? - спросил он.

- Да раз плюнуть, - скривился человечек и вдруг пронзительно заверещал, ткнув пальцем вверх. - Эй, глядите, самолёт падает!

Головы взметнулись, глаза обшарили абсолютно пустое небо. И в этот миг чужая рука хлопнула мальчика по груди. Карман опустел.

Бахарев улыбнулся, словно так и было задумано.

Глаза летуньи опустились с небес.

Лавочка и забор исчезли. Растворился и нехороший человечек. Рядом высились дома, а между ними темнел исчезнувший проход. Кучка вещей, которые пропали из карманов Бахарева, валялась неподалёку. На самом верху лежала буква “Д”.

- Куда ворюга девался? - удивилась летунья.

- Его и не было, - объяснил Бахарев. - Помнишь, ты говорила, что без колдунов здесь не обошлось. Когда человечек назвал себя, я подумал, что ему не хватает одной буквы. Добавь "Д", и получи Старый Двор. А потом вспомнил, что у нас она есть.

Двор и впрямь оказался старым. Древние полукруглые лавочки стояли под деревьями-великанами. Дома украшали гербы и лепные узоры. В тёмных нишах скрывались статуи. Узкие окна полыхали зеленоватым сиянием. Но самое интересное было впереди. В сизых тенях светились гирлянды огней. Оттуда доносился весёлый гул и музыка.

- Ой! - всплеснула руками летунья. - Нас занесло в потайное место. Перед нами ярмарка волшебных вещей. Знаешь, как трудно её поймать. Она вечно перемещается из одного двора в другой.

- Здорово! - обрадовался Бахарев. - Давай, зайдём на минутку.

Его ещё ни разу не водили на волшебные ярмарки.

В уши забился хор из тысячи голосов. Продавцы громко зазывали в свои палатки. С ними отчаянно торговались покупатели. Над головами рассыпались искры бенгальских огней. К небу улетали воздушные шары и гигантские мыльные пузыри.

- Сюда! Сюда! - кричали справа. - Новейшие волшебные палочки по сниженным ценам.

- Не проходите мимо! - вопили слева. - Только у нас! Скатерть-самобранка с блюдами узбекской кухни.

- Последние экземпляры, - пронзительно доносилось из соседнего павильона. - Ковёр-самолёт на экологически чистом виде топлива.

Тут же сновали маленькие пушистые зверьки. С лотков они продавали пирожки, бутерброды с сыром, творожные шаньги и пузатые бутылочки с клюквенным сиропом.

- У меня есть монетка, - летунья вытащила кружочек, пылающий голубым сиянием. - Давай, что-нибудь купим.

- Хорошо, - кивнул Бахарев. - Только не конфеты и всё такое. Конфету съел и забыл.

- Интересуетесь конфетами, молодой человек, - из-за ближайшего прилавка заулыбался худющий усач. - Как раз для вас у меня есть чудо-мельница. Любой продукт перерабатывает в высококачественные конфеты.

Он засыпал в ручную мельницу обрывки газеты, туда же сунул клубок шерсти и ржавый болт, а потом крутанул медную ручку. Из мельницы высыпались пять “Барбарисок”, четыре “Маски”, три “Кара-Кума” и даже одна “Красная Шапочка”.

У летуньи аж глаза разгорелись.

- Монетка-то одна, - Бахареву тоже хотелось завладеть подобным чудом, но он всё-таки удержался. - Вдруг чего поинтересней найдём.

Девочка тяжело вздохнула и согласилась. Но ещё не раз оборачивалась.

На следующем повороте они наткнулись на полки с летающими сандалиями.

- Вот бы купить, - теперь загорелись глаза у Бахарева. - Тогда и я смогу летать!

- Посмотри на эти тупые носки, - презрительно скривилась летунья. - Такой фасон уже давно не в моде. Одень их, и тебя не пустят ни в одно приличное общество!

Бахарев хотел поспорить, но тут заметил светящуюся вывеску “Товары для спортсменов и путешественников”.

- Заглянем, - предложил он. - Мы теперь и спортсмены, и путешественники.

По стенам магазина протянулись нервущиеся верёвки, удочки, вёсла, шесты для прыжков в высоту, канат для перетягивания и много ещё чего. В углу примостился золотой якорь. В стеклянной витрине пламенели походные переносные костры. Бахарев прижался носом к стеклу и смотрел на переливы огня.

- Легко умещаются в кармане, - послышался низкий приятный голос. - Совершенно безвредны в пожарном плане.

Мальчик обернулся. А вдруг продавцом здесь работает говорящий гриб! Но нет. Над прилавком нависал длинный мужчина. Его волосы выгорели до белизны. Вперёд выдавался волевой подбородок. На высоком лбу проглядывали бороздки морщин. Однако синие глаза смотрели живо и ясно. На лиловой ткани рубахи переливались золотые цветы. С шеи свешивался хрустальный шарик, крест-накрест перехлёстнутый кожаными полосками. На левой руке весело тикали часы. Запястье правой украшал барометр с дрожащей стрелкой.

- Вы продаёте волшебные палочки? - с ходу спросил Бахарев.

- Есть немного, - крепкие пальцы нырнули в ящик стола и вытащили разноцветный пучок.

Палочки раскатились по прилавку. Одни походили на карандаши, вторые на сигары, третьи на полосатые милицейские жезлы.

- Отдам по дешёвке, - пообещал продавец. - Товар неплохой, но бесполезный для настоящих спортсменов и путешественников.

Он взмахнул длинной тонкой палочкой, и на потолке появилась большая люстра с синими и алыми лампочками.

- Почему бесполезный? - удивился мальчик. - Захотел, ковёр-самолёт заказал. Захотел, на скрипке играть научился. Захотел, и стал космонавтом.

- Во-первых, если хотеть по-настоящему, всё это получится и без волшебной палочки, - сказал продавец.

- Но с палочкой-то легче! - возразил Бахарев.

- На это есть “во-вторых”, - улыбнулся продавец. - Вдруг палочка потеряется? А ты ничему так и не научился. Да и делать самому ничего не хочется, если полагаешься на волшебство.

Он взмахнул полосатой палочкой, и у прилавка возник самый настоящий мотоцикл.

- Один взмах, и ты будешь знаменитым, - пообещал продавец. - Выиграешь любую гонку. Тебе вручат самую главную медаль. Но можно ли эту медаль назвать настоящей?

- Зато палочка за одну секунду перенесёт меня в Комнату Подарков!

- Комната любит, когда ты сам отыскал к ней дорогу. Лентяям она двери не открывает.

Пальцы крутанули плоскую палочку, похожую на обычную линейку. На прилавке появилась удочка. К ней прицепили бирку: “Гарантированный улов! Семь с половиной щук каждые пять минут!”

- Полчаса, и в твоих руках уйма рыбы! Но не наскучит ли тебе такая рыбалка? Ведь радость дарят дела, которые сделал сам. Сам поймал рыбу, сам выиграл гонку, сам выбрал правильный путь.

- А компас у вас есть? - не утерпел Бахарев. - С компасом пути отыскиваются легче.

- Полный набор компасов для всех случаев жизни, - расплылся в улыбке продавец и мигом разложил по прилавку дюжину кругляшей. Чёрные деления на ободках то проходили ровными линиями, то причудливо изгибались.

- Какой компас желаете: обычный или волшебный?

- Лучше волшебный, - попросил Бахарев, - чтобы показывал, как добраться в Комнату Подарков.

- Есть и такой, - продавец положил перед мальчиком ещё один компас.

На чёрном поле светились два маленьких экрана. В центре верхнего мигало двоеточие, разделяя часы и минуты. Цифры нижнего постоянно менялись, показывая то температуру, то силу ветра. Между экранами радужно переливались загадочные закорючки. Кроме фигурных букв и делений с градусами на ободе имелось квадратное окошко.

Но главной, конечно же, была прозрачная сине-алая стрелка, которая застыла над экранами. Золотые треугольники украшали её острые кончики.

Пальцы сдвинули рычажок, удерживающий стрелку. Та заметалась, но постепенно утихла.

- Надо идти, куда показывает стрелка? - предположила летунья.

- Нет, - палец подчеркнул букву "N". - Стрелка всегда показывает на север. Иначе бы этот товар звали иначе. В обращении прост. Когда ваш маршрут совпадёт с направлением, по которому расположена Комната Подарков, вы увидите занимательную картинку.

Бахарев взял компас и начал медленно вращаться, не отрывая взгляд от стрелки. И вдруг перед дрожащим остриём возник алый грузовичок.

- Показывает самый безопасный путь, - пояснил продавец.

Мальчик резко крутанулся, и грузовичок тотчас исчез. Когда Бахарев вернул чуткий прибор в прежнее положение, перед стрелкой появился оранжевый длинноухий зайчонок.

- Берём, - кивнул мальчик. - Верный путь - то, что нам нужно.

- Лучше палочку, - зашептала в ухо летунья. - Палочкой мы живо наколдуем и волшебный компас, и что угодно.

- Э нет! - продавец всё слышал. - Такой компас палочкой не наколдуешь. Он продаётся только у меня. Товар штучный, копированию не подлежит.

Девочка нехотя отдала монетку. Видимо, волшебная палочка ей нравилась сильнее.

- Не переживай, - утешил её Бахарев. - Доберёмся до Комнаты, там и раздобудем палочку.

Летунья сразу повеселела.

- Это на сдачу, - продавец протянул ей два леденца.

- Опробуем на улице, - Бахарев погладил стекло компаса. - Интересно, покажет ли он, как выбраться с ярмарки.

- Для этого компас не нужен, - улыбнулся продавец. - Обойдите мою палатку с правой стороны, увидите забор, а в нём дыру. В неё и лезьте.

Домовичок

сли во дворе за ярмаркой и были чудеса, сейчас они прятались за тёмными громадами деревьев. Музыка сюда уже не доносилась. Окна, в которых горел свет, можно было пересчитать по пальцам. Наверное, ложиться спать здесь любили рано. Единственный выход преграждала решётка. Ржавые прутья закрывал лист фанеры, на котором криво намалевали: “Только для Бешеных Колдунов”.

- Опять не успели, - расстроилась девочка. - Колдуны проскочили чуть раньше.

Бахарев вытащил компас и встал перед решёткой. Картинки не появилось. Мальчик чуть развернулся. Возле стрелки мгновенно объявилась жёлтая пирамидка. Прямо по курсу тускло блестело подвальное оконце.

- Нам туда, - показал Бахарев на окно. - Путь к башне лежит через подвал.

- Там темно - поёжилась девочка.

- Фонарик бы не помешал, - кивнул Бахарев, толкнул створку окна и протиснулся внутрь.

Он легко спрыгнул на гору старых мешков. Летунья долго выбирала для посадки местечко почище.

- Холодно, - кто-то неподалёку клацал зубами. - Ух, как холодно.

Бахарев прижался к стене и стал пробираться вдоль узкого коридора. В проходе громоздились ящики и пирамиды старых стульев.

- Холодно, - голос становился всё громче.

На полу появилась полоса дрожащего света. Мальчик заглянул в щель. В углу тесной каморки стояла бочка. На бочке плясал огонёк свечи. Рядом сидел маленький человечек. Он дрожал и колотил себя по бокам.

- Замерзаю, - стонал он.

- Вроде и не холодно совсем, - прошептал Бахарев летунье, которая вилась возле уха.

Слова звучали почти неслышно, но человечек встрепенулся, вмиг перестал дрожать, звонко чихнул и тревожно сказал:

- Кто бы ни таился за дверью, заходи!

Бахарев зашёл.

- Ничуть не холоднее, чем в коридоре, - удивился он.

- А в коридоре совсем не холодно, - закончила волшебница. - Зачем же так дрожать?

- Это я тренируюсь, - человечек попытался пригладить нечёсаные волосы, но они так и остались торчать в разные стороны. - Знали бы вы, какие по ночам тут морозы.

- А чего тебе здесь ночью делать? Шёл бы туда, где теплее.

- Не могу, - человечек поправил щегольскую, но изрядно засаленную шляпу. - Я здесь, видите ли, в некотором роде домовой.

- Какой же ты домовой? - усмехнулась девочка. - Домовые старые и лохматые. Ты - домовичок.

- Пусть будет так, - не стал спорить домовичок и снова принялся хлопать себя по бокам.

Одет он был в заношенный пиджак с серой жилеткой. Штанины болотисто-зелёных брюк истрепались внизу до безобразия. Из-под них торчали ярко-красные носки и тапочки на последнем издыхании.

- Обманываю мороз, - пояснил он. - Пускай думает, будто здесь и без него холодно.

- Дров-то полно, - девочка по-хозяйски огляделась, - а костёр не зажечь. Весь дом спалим.

- Костёр, - Бахарев что-то мучительно вспоминал и вдруг радостно махнул рукой. - Я знаю, что делать, - но тут порыв угас, и мальчик грустно закончил. - Нет, тут такое не устроить.

- А ты скажи, скажи, - потребовала девочка.

- Вот если бы её наполнить кипятком, - Бахарев показал на бочку.

- Зачем? - в один голос удивились девочка и домовичок.

- Была бы вода, сразу бы догадались.

- Воду я тебе обеспечу, - волшебница покопалась в сумке и извлекла коробочку.

В разрезы картона проглядывали бока трёх кружек: красной, синей и голубой.

- Вот тебе кипяток, - малютка достала красную кружку.

В кружке пенилась вода. Пузыри взмывали и лопались нескончаемыми отрядами.

- Много ли воды войдёт в такую кружку, - хмыкнул Бахарев.

- А ты не смейся, - рассердилась волшебница, взлетела над бочкой и перевернула кружку.

Капли гулко ударили в железное дно. Кружка давно должна была опустеть, но маленький водопад лился и лился. Когда волны кипятка заплескались у самого верха, девочка перевернула кружку и спрятала её в коробку.

- Другие кружки тоже волшебные? - спросил Бахарев.

- А ты думал! - хвастливо ответила девочка. - В синей - холодная вода, а в голубой - минеральная.

- Полезная штука, - кивнул домовичок и шлёпнул ладонью по бочке.

- Жжётся, - он тут же отдёрнул руку.

- Вот и хорошо, - кивнул Бахарев. - Сейчас и воздух прогреется. К утру вода, конечно, остынет. Но тепло продержится всю ночь.

- Здорово ты придумал! - воскликнула девочка.

- Не придумал, а запомнил, - поправил её Бахарев. - Когда мы с папой ходили в поход, канистра с кипятком грела палатку до самого утра.

- А откуда вы взяли кипяток? - подозрительно спросила девочка. - Такая кружка есть только у меня!

- Обошлись без волшебства, - ответил Бахарев. - В походе воду греют на костре.

- Позвольте! - вскричал домовичок. - Этой ночью морозы мне не грозят. Но завтра положение вещей вернётся в привычную колею!

Бахарев посмотрел на девочку, потом на красную кружку, потом снова на девочку.

- Ладно, ладно, - тяжело вздохнула она. - А то всю жизнь будешь считать меня жадиной. Забирай.

- Насовсем?! - не поверил домовичок.

- Насовсем, - волшебница поставила кружку рядом с бочкой. - Только спрячь её пока, чтобы я не передумала.

Все уселись вокруг бочки. От раскалившихся стенок исходили волны приятного тепла.

- Замечательно, что вы заглянули в гости, - улыбался домовичок. - Вообще-то путники здесь бывают нечасто.

- Ой, - вскочила девочка. - Нам же надо торопиться.

- Точно, - Бахарев мигом поднялся. - Мы участвуем в гонке. А наши соперники коварно перекрыли дорогу.

Большой сизый нос задрожал.

- Пахнет волшебством, - домовичок шумно втянул воздух. - Двор над нами закрыт до утра. Но ничего, я проведу вас к соседнему.

Троица быстро продвигалась по извилистому коридору.

- Простым тот путь не назовёшь, - объяснял по пути хозяин подвала. - Его заполонили зыбучие пески. Мимо ступил - тут же засосёт. Ну чисто болото!

- И как нам быть? - заволновалась волшебница.

- Ты-то пролетишь, - подмигнул домовичок. - А вот мальчику надо искать союзника.

- Кого? - не понял Бахарев.

- Того, кто доставит тебя на ту сторону двора.

- А другого пути нет? - с надеждой спросила девочка.

- Остальные слишком длинны. Вы же говорили, что участвуете в гонке. Значит, вам надо тот, что короче.

Коридор повернул. Вверх убегала потёртая дощатая лестница. Домовичок остановился у нижней ступеньки.

- Эх, бросить бы всё, да рвануть с вами, - он сунул руки в карманы и заметно опечалился. - Но нельзя! Я домовичок. Сидеть мне на месте до скончания веков. Но за тепло огромная вам благодарность, - и человечек низко поклонился.

- Счастливо оставаться, - прокричала волшебница.

Тарелка круто развернулась и взлетела. Бахарев помахал на прощанье и затопал к выходу.

- Как интересно живут люди, - вздохнул домовичок.

Ноздри сизого носа снова затрепетали.

- Однако холодает, - решил он вернуться к тёплой бочке. - Пойду что ли, погрею старые кости.

Двор облаков

вор напоминал песчаную пустыню, окружённую домами с потухшими окнами. Склизкие стены заросли мхом и лишайником. Несмотря на обилие песка, воздух пропитала болотная сырость. Пахло прелой травой, хотя нигде не виднелось ни деревца, ни росточка. Над барханами низко висели белёсые облака.

- Посмотрим, что за зыбучие пески, - мальчик смело ступил вперёд.

Песок скрипнул и зашуршал. Нога плавно провалилась по щиколотку. Пришлось быстро вытянуть сандалию и отступить к самому порогу.

- Мне дальше не пройти, - загрустил мальчик.

- Домовичок сказал, ищите союзника, - напомнила волшебница.

- Найдёшь тут его, - рука медленно обвела песчаную пустыню. - А гонку непременно надо выиграть. Придётся тебе дальше лететь одной.

Лететь в одиночку маленькая волшебница не захотела. Тарелка медленно опустилась рядом с Бахаревым.

Они сидели на крыльце и наблюдали за облаками.

- Правда, вон то похоже на дракона, - Бахарев показал на пушистое облако с изогнутыми крыльями и зубастой пастью.

- А вон то, - засмеялась девочка, - на щенка.

Её палец ткнул в сторону клочка тумана со смешными ногами-кривульками.

Клочок тумана словно услышал маленькую волшебницу. Он развернулся и лихо спланировал к путешественникам.

- Привет, - в облачной белизне открылись два блестящих чёрных глаза.

Чуть ниже появился влажный тёмный нос.

- Добрый вечер, - вежливо ответил мальчик.

Волшебница на всякий случай спряталась ему за спину.

- Не бойся. Кошек я не гоняю, - пояснил клочок тумана. - Я даже не собака, хотя стараюсь на неё походить.

- Кто бы боялся, - проворчала летунья, но вылезать не стала.

- Наверное, здорово видеть город с высоты, - сказал мальчик.

- Да, - тихо тявкнуло облачный щенок. - Я люблю смотреть на улицы, на дворы, на уснувшие автомобили. Но больше всего мне нравятся собаки.

- Собаки не умеют летать, - заметил Бахарев.

- Я тоже не умею, - признался клочок тумана. - Меня носит ветер. Я лечу лишь в ту сторону, куда он дует. Собакам повезло больше. Они могут бежать, куда хотят.

- Многих собак водят на поводке, - возразил мальчик.

- Значит, у них есть хозяева, которые заботятся о собаках. Они надевают на собак поводки, чтобы их не унёс ветер.

- Ты, наверное, хочешь стать собакой? - спросила девочка.

- Это моя самая большая мечта, - мохнатые уши поникли. - Но я всего лишь облако.

- Сможешь перенести меня через двор? - спросил Бахарев.

- Залезай, - кивнул облачный пёс. - Надо успеть, пока дует попутный ветер.

Бахарев вскарабкался ему на спину. Тарелка парила рядом. Сидеть в тумане было прохладно, мягко и немного щекотно. Бахарев даже не заметил, как земля ушла вниз.

- А куда вы следуете? - поинтересовался клочок тумана.

- Смотри-ка, о нашей гонке тут никто и не слыхивал! - удивилась летунья. - Сразу видно, что этот двор далеко от центра.

- Хорошее слово “го-онка”, - протянул щенок. - Когда ветер гонит нас над крышами, мир внизу улетает назад быстро-быстро. В такие дни закроешь глаза, и кажется, что несёшься в собачьей стае на край света.

- Главное в гонке не беготня, а победа, - наставительно заметила девочка, - потому что за победу полагается приз.

- Какой же приз у вашей гонки?

- Комната Подарков! - воскликнула девочка. - Но тебе о ней вряд ли известно.

- Её знает даже самое маленькое облако, - рассмеялся клочок тумана. - Я слышал о ней от грозовых туч.

- Расскажи и мне, - немедленно потребовала маленькая волшебница. - Где она? Где? Говори скорее!

- На краю города, за самым дальним двором протянулась розовая улица рассвета. Она упирается в Алую Башню. Комната Подарков на верхнем её этаже. Тех, кто смел и отважен, кто добр и честен, ждёт встреча с ней. И сказочный подарок.

- Я видел карту волшебных дворов, - вспомнил Бахарев. - Но дорога к башне там не обозначена.

- Потому что к ней нет дороги. Потайной путь открывается лишь на рассвете.

- К завтрашнему рассвету мы вряд ли успеем, - принялась загибать пальчики летунья. - Кроме того, надо ещё отыскать моё имя.

- А вы уверены, что смелы и отважны, что добры и честны? - спросил облачный пёс. - Иначе в Комнату вас не пустят. Крепко заперты её двери. Лишь тот, кому известна магия слов, найдёт дверь. А тот, кто умеет повелевать буквами, сорвёт невидимый засов.

- Это Бешеные Колдуны, - вздохнула девочка.

- Ничего, - утешил её Бахарев. - Мы прорвёмся туда первыми.

- Летим с нами, - предложила девочка.

- Не хочу, - сказал облачный пёс.

- Тебе не хочется увидеть таинственную комнату?!

- Она не поможет стать настоящей собакой.

- Ты всё равно похож на собаку, - мальчик взъерошил облачную шерсть. - Очень похож.

- Спасибо, - улыбнулся щенок. - Говорят, что доброе слово и кошке приятно. Смею заметить, оно не вредит и собакам. А теперь приготовьтесь к снижению. Идём на посадку.

Земля метнулась навстречу. Клочок тумана ловко приземлился между двух клумб.

- Позвольте приветствовать вас на этой стороне двора, - тявкнул он. - А теперь прощайте. Ветер меняется. Он тащит меня за собой. В такие моменты я ненавижу свою жизнь.

Порыв ветра унёс печальное облако.

- Эх, не умею я колдовать, - расстроился мальчик. - Но постой! Ты же умеешь!

- Мало ли что я умею, - девочка покопалась в сумочке, пошарила в карманах. - Кроме того, нам некогда заниматься каждым облаком, которое хочет стать собакой!

- Что значит "каждым облаком"?! - возмутился мальчик. - Это не каждое облако! Оно перенесло меня через двор. А ты...

- А ты забиваешь голову ерундой, - перебила его девочка.

- Щенок помог и тебе. Теперь мы знаем, где находится Алая Башня.

- Как только я отыщу имя, вспомню дорогу сама.

- Эх ты! - вздохнул Бахарев. - С друзьями так не поступают.

- Облако-то улетело, - проворчала девочка. - Вернёшь его, тогда и поговорим.

Мальчик пристально вглядывался в облака. Но среди тысяч лохматых хвостов знакомого пса не нашёл.

- Лучше вдохни поглубже, - летунья, похоже, и думать забыла про облако. - Судя по запаху, сейчас начнётся что-то особенное.

Дуновение ветерка наполнило воздух чарующими ароматами.

- Это цветы! - захлопала в ладоши девочка. - Или нет! Это самые лучшие духи в мире.

- А по-моему, - сказал Бахарев, - пахнет чем-то съедобным. И вкусным-вкусным.

Путешественники обошли кирпичный пристрой и оказались в соседнем дворе.

Кондитерская

-
адо же, какой упорный пацан, - прохрипел Дедок-Молоток, вглядываясь в сумерки. - Ну словно репей. Прицепился - не сбросишь. А на дворе ночь. Детям давно пора баиньки.

- Ничего, - хехекнул Дед-Буквоед. - Скоро наши детки познакомятся с мамочкой. С самой заботливой мамочкой на свете. С мамочкой, которая следит, чтобы всё было съедено до последней крошки.

- А я добавлю папочку, который бы переделал всё на свете, да ему недосуг, - ухмыльнулся Дедок-Молоток.

- Ну, старички-разбойнички, готовьтесь, - снова вступил главный колдун. - Поработаем одной командой. Слышь, жёлтый, ты отвечаешь за связь с землёй. Ноги и всё такое. Ты, лысенький, займёшься модой. Выдумай платьице позатейливей. Но так, чтоб ни единого подозрения. Я же буду головой!

Запахи плыли со всех сторон. Малина и земляника. Горячие пирожки. Яблоки. И манящий аромат только что испечённого торта со взбитыми сливками.

В центре двора сверкало разноцветными окнами круглое здание. По его крыше пробегала алая надпись “Кондитерская”. На остром шпиле медленно вращался шар, разбрасывая по стенам домов розовые и голубые огоньки.

Где-то далеко пропикало радио. Было ровно одиннадцать часов. На чёрном небе еле проглядывали блёклые точки звёзд.

- Время спать, а мы не ели, - вздохнула летунья и жалобно попросила. - Давай зайдём, а?

Бахарев посмотрел на переливы огней в окнах кондитерской, на гирлянды конфет, на горы печенья, на россыпи шоколадных плиток. Ему тоже захотелось оказаться за стеклянными дверями, откуда сочились манящие запахи.

- Ужас, как есть хочется, - тарелка летала вокруг головы Бахарева, словно спутник.

- Купили бы палочку, мигом бы заказали и печеньки, и леденцы, и большой шоколадный торт, - наставительно заметила летунья.

- Но мы бы тогда не знали верного пути.

Бахарев вытащил компас. Если идти по тропинке мимо кондитерской, перед стрелкой возникал подарок. Но как только дорогу преграждало круглое здание, яркие предметы исчезали.

- Видишь, - палец щёлкнул по компасу. - Нам не по пути.

- Мы же зайдём только на минутку! - упрашивала девочка.

Тут в ноздри Бахарева забился запах яблочного пирога. Точно такого же, как готовит мама.

- Ладно, - сдался он. - Но только на минутку.

В отличие от вечерней свежести внутри кондитерской гуляли тёплые ветерки. Один длиннющий стол змеился по всему залу. Вдоль него, похожие на древние пни, громоздились табуретки. Бахареву стоило большого труда залезть на одну из них. Летунья посадила тарелку на стол и начала нервно расхаживать от бортика к бортику.

- Ну когда же? - ворчала она. - Ну когда же к нам кто-нибудь подойдёт?

- Зря надеетесь, - раздался слева приятный голос.

Бахарев и летунья разом обернулись. По соседству расположился большой клетчатый мух.

Клетчатым он был из-за пиджака в синюю и голубую клетку, словно его выкроили из шахматной доски. Голова муха заросла щетинистыми ворсинками. Гигантские глаза с интересом смотрели на путешественников. Тонкие пальцы сжимали стакан с лимонным соком. Мух степенно отхлёбывал, морщился от нестерпимой кислоты, а потом блаженно прикрывал глаза.

- Здесь самообслуживание, друзья, - пояснил он. - Просто называйте вслух всё, что пожелаете.

- Яблочный пирог, - сказал Бахарев.

Тут же перед ним на узорной тарелке возник кусок пирога, из середины которого торчали дольки пропечённого яблока.

- Оставь немножечко, - попросила летунья.

- Что-то мне лица ваши знакомы, - задумчиво прогудел мух. - Не участники ли знаменитой гонки сидят рядом? Хотите заграбастать Комнату Подарков?

- Мы не только из-за комнаты. Ей вот, имя ещё раздобыть надо, - мальчик кивнул в сторону летуньи. - Если до завтрашнего вечера не соберём все буквы, придётся ей до конца жизни безымянной остаться. А имя украли Бешеные Колдуны.

- Как же, как же, слышал о таких, - потёр лапками мух. - И не только слышал, а видел собственными глазами.

- Где? Где?!!! - завопили Бахарев и летунья.

- Они тут были недавно. Минут пять назад.

- Ходу, - сказал Бахарев и спрыгнул с табуретки.

- Куда так спешить? - покачал головой мух. - Догнать их - секундное дело. Старики притомились. Еле-еле ногами переплетают. Хотите, я помогу их поймать?

- Конечно! - обрадовался Бахарев.

Девочка тоже заметно повеселела. Как замечательно, если в трудном деле тебе возьмётся помогать кто-то из взрослых.

Мух резко повернулся и слез с табуретки. Рукав его проехался по столу, и с обшлага сорвалась гранёная изумрудная пуговица.

- Ах, что за неприятность, - мух подобрал пуговицу и снова взобрался на табурет.

Его пальцы нырнули в карман, вытащили иголку с катушкой и принялись неспешно разматывать нить.

- Но мы ведь собирались в погоню! - напомнил Бахарев.

- Ни шагу, ни полшага не сделаю я в неопрятном виде, - возвестил мух. - Не сдвинусь ни на сантиметр, пока пуговица не займёт надлежащее место.

Шить он умел не очень хорошо. Дело не заладилось с самого начала. Нитка свилась мудрёными узлами. Мух кряхтел и пробовал распутать то один, то другой.

- Да наплевать, - взревел он после пяти минут упорной работы. - Из-за какой-то ерунды мы можем упустить Бешеных Колдунов.

Мух оторвал нитку и упихал пуговицу в карман.

- Давайте уже отправимся, - девочка запрыгнула в тарелку. - А то эти колдунишки такого наворотят. От них всего ждать можно.

- Отправимся! - вскричал мух и гулко стукнул кулаком по столу. - Не медля ни секунды! Но только дай мне чуток передохнуть.

- Правильное питание - залог долгой жизни, - он опустошил стакан и блаженно прикрыл глаза. - Нельзя принимать пищу второпях. Закажу-ка я ещё одну порцию.

- Вы же обещали нам помочь! - возмутилась летунья. - Забыли что ли?

- Это меняет дело, - посерьёзнел мух. - Мы отправляемся в погоню прямо сейчас.

Но он так и остался сидеть. А пальцы сомкнулись на новом стакане. Сок плескался у самых краёв, и мух не хотел оставлять его на произвол судьбы.

- Нам предстоит увлекательнейшая погоня, - щетинистые лапки задорно барабанили по столу. - Колдуны - это вам не какие-нибудь несмышлёныши. Погоня за колдунами - это о-го-го!

- Быть может, сначала разработать ловушку? - размышлял он вслух. - Пожалуй, пора заняться чертежами. С утра заскочу в магазин за карандашами и бумагой.

- Какие ещё чертежи? - рассвирепела летунья. - С моим именем может случиться большая беда!

- Однако, ты права, - кивнул мух, - Ловушку строить поздновато. А жаль. Я её уже почти придумал. Итак, в погоню. Но это не значит, что надо бросаться сломя голову. Тут требуется тщательная подготовка. Сначала мы займёмся списком необходимых вещей. Я слышал, что он всегда начинается с соли и спичек.

- Всё ясно, - печально вздохнул Бахарев.

Ему показалось, что клетчатый мух поблёк и исчез. Вместо него за столом размахивал руками дядя Веня.

Есть у Бахарева такой дядя. Если с утра он решит красить забор, дело это не откладывает ни на секунду. Он выйдет во двор, окинет досочки любовным взглядом и каждому прохожему расскажет, каким будет забор после покраски. Но только кисть окажется в руках, планы дяди Вени резко меняются. Он понимает, что наступило самое время почистить ковёр. И дядя Веня идёт за пылесосом. Но если вы у дяди Вени в гостях, не надейтесь услышать рёв пылесоса. Вы застанете дядю Веню перед испорченным телевизором. И дядя Веня объяснит, что телевизор чинить - наиважнейшее дело. Но сейчас уже вечер и пора спать. Зато тех, кто придёт утром, дядя Веня научит чинить телевизоры всех марок и всех размеров.

Бахарев так рвался на следующий день к дяде Вене. Он хотел научиться чинить телевизоры. Но к дяде Вене Бахарева повели лишь через неделю. Что же увидел Бахарев? Всё тот же некрашенный забор, нечищенный ковёр и неработающий телевизор.

Клетчатый мух тоже горел желанием помочь. Он тоже был готов немедленно взяться за кучу дел. Но так и оставался на месте. А колдуны уносились всё дальше. И ловить их некому. Если только сам Бахарев не возьмётся за дело.

- Нам пора, - и мальчик решительно вылез из-за стола.

- Непременно к вам присоединюсь, - пообещал мух и занялся очередным стаканом сока.

Девочка кинула в сторону клетчатого пиджака пару гневных взглядов. А Бахарев уже был у выхода. Но тут ему преградила дорогу рыжеволосая женщина в длинном голубом платье и жёлтых сапогах.

- Так нельзя, мальчик, - она показала на пирог. - Всё, что ты заказал, непременно нужно доесть. Таковы правила.

- А если я не хочу? - возразил Бахарев.

- Не надо было делать заказ. Никто не выходит отсюда, пока не доест или не допьёт. Таковы правила.

Летунья тревожно смотрела то на Бахарева, то на сумерки за окнами. Где-то там пробирались в тенях похитители имени.

- Ничего, - успокоил её Бахарев. - Я быстро.

Он вгрызся в пирог, пахнущий яблоками и свежим хлебом.

- Вкусно, - сказал мальчик. - Вот только...

Он не успел договорить. Спать захотелось неимоверно. Бахарев почувствовал, что садится на пол, но ничего не мог поделать. Через секунду он спал беспробудным сном.

Здание мигом погрузилось в облако тьмы. Когда мрак рассеялся, никакой кондитерской не было. Посреди двора чернел старый, полуразвалившийся сарай. К входу привалились три старика: жёлтый, голубой и оранжевый.

- Ловко сработано, - потёр руками Дед-Буквоед. - Вишь, малец что удумал. Так и норовит раньше нас в Комнату проскочить.

- Ловко, да нечестно, - вздохнул голубой.

- А тебе, Синяя Борода, не всё равно? - разо