Loading...
Подпишись на новости
 
 

22. Карлсон ночует у Малыша

Час спустя дядя Юлиус уже сидел за столом и уплетал цыплёнка, а фрекен Бок, Малыш, Карлсон и Бимбо стояли рядом и глядели на него. “Как король”, - подумал Малыши. Им учительница в школе рассказывала, что, когда короли едят, вокруг стоят придворные и смотрят на них.

Дядя Юлиус был толстый, и вид у него был очень высокомерный и самодовольный. “Наверно, такой, какой и должен быть у старых королей”, - решил Малыш.

- Собаку прочь! - сказал дядя Юлиус. - Малыш, ты же знаешь, что я терпеть не могу собак.

- Но Бимбо не делает ничего плохого, - возразил Малыш. - Он не лает, и вообще он такой милый.

Дядя Юлиус придал своему лицу насмешливое выражение, как, впрочем, всегда, когда собирался сказать что-нибудь неприятное.

- Да, теперь настали такие времена, - сказал он. - Маленькие мальчики не только не делают то, что им приказано, но ещё и возражают взрослым. Вот как теперь обстоят дела, и мне это решительно не нравится.

До сих пор Карлсон не мог оторвать глаз от цыплёнка, но после этих слов он перевёл взгляд на дядю Юлиуса и долго смотрел на него в глубокой задумчивости.

- Дядя Юлиус, - проговорил наконец Карлсон, - скажи, тебе когда-нибудь кто-нибудь говорил, что ты красивый, умный и в меру упитанный мужчина в самом расцвете сил?

Дядя Юлиус никак не ожидал услышать такой комплимент. Он очень обрадовался - это было ясно, хотя и попытался виду не подавать. Он только скромно улыбнулся и сказал:

- Нет, этого мне никто ещё не говорил.

- Не говорил, значит? - задумчиво переспросил Карлсон. - Тогда почему тебе в голову пришла такая нелепая мысль?

- Карлсон, перестань... - сказал Малыш с упрёком, потому что считал, что Карлсон и в самом деле ведёт себя безобразно.

Но тут Карлсон обиделся не на шутку.

- “Карлсон, перестань, Карлсон, перестань, Карлсон, перестань”! Только это я от тебя и слышу! - возмутился он. - Почему ты меня всё одёргиваешь? Я не делаю ничего плохого.

Дядя Юлиус строго посмотрел на Карлсона. Но потом, видимо, решил, что он не заслуживает внимания, и снова занялся цыплёнком. А фрекен Бок всё пододвигала ему блюдо и умоляла взять ещё кусочек.

- Надеюсь, вам нравится? - спросила она.

Дядя Юлиус впился зубами в цыплячью ножку, а потом сказал с насмешливым видом:

- Да, спасибо! Хотя этому цыплёнку уж наверняка сровнялось пять лет, зубы позволяют мне это точно определить.

Фрекен Бок вспыхнула и сморщила лоб от обиды. - У такого цыплёнка вообще нет зубов, - сказала она с горечью.

Дядя Юлиус поглядел на фрекен Бок ещё более насмешливо.

- Зато у меня они есть, - сказал он.

- Только не ночью, - уточнил Карлсон.

Малыш стал красный как рак. Ведь это он рассказал Карлсону, что, когда дядя Юлиус спит, его зубы лежат в стакане с водой на тумбочке у кровати.

К счастью, фрекен Бок в этот момент разревелась - от обиды, что дядя Юлиус нашёл цыплёнка жёстким. Ничто на свете не могло причинить ей такого горя, как непризнание её кулинарного искусства, и теперь она горько плакала.

Дядя Юлиус, конечно, не думал, что она примет это так близко к сердцу. Он торопливо поблагодарил её за еду, смущённо встал из-за стола, уселся в качалку, развернул газету и отгородился ею ото всех.

Карлсон в сердцах уставился на него.

- Какие всё-таки бывают противные люди! - воскликнул он и, подбежав к фрекен Бок, стал её похлопывать по плечу. - Ничего, ничего, моё золотце, - говорил он, стараясь её утешить, - жёсткий цыплёнок - это пустяки, дело житейское. Разве ты виновата, что так и не научилась жарить цыплят?

Но тут фрекен Бок отпихнула Карлсона от себя с такой силой, что он кубарем пролетел через всю комнату и - раз! - очутился прямо на коленях у дяди Юлиуса.

- Гей-гоп2 - завопил Карлсон и, не дав дяде Юлиусу опомниться, удобно расположился: он свернулся калачиком и сказал с довольной улыбкой: - Давай играть в дедушку и внучка! Рассказывай мне сказку, но только, смотри, не очень страшную, а то я испугаюсь.

Дядя Юлиус меньше всего на свете хотел быть дедушкой Карлсона, а кроме того, он увидел что-то интересное в газете. Поэтому он, недолго думая, схватил Карлсона за шиворот и поставил на пол. Повернувшись к фрекен Бок, он громко сказал:

- Знаете, что я сейчас прочёл? - спросил он. - Будто здесь у вас, в районе Вазастана, летает какой-то спутник-шпион. Вы слыхали?

Малыш прямо застыл от ужаса. Только этого ещё не хватало! Почему дяде Юлиусу должна была попасть под руку именно эта злосчастная газета! Ведь с тех пор прошло уже больше недели!

Однако, к счастью, дядя Юлиус пока только издевался над тем, что было написано в газете.

- Они думают, что им всё сойдёт с рук, любой бред, - сказал он. - У них только одна задача - распродать побольше номеров. Шпион... неуловим! Знаем мы эти сказки! Разве вы, фрекен Бок, хоть разок видели этот таинственный летающий бочонок?

У Малыша перехватило дыхание. “Если она сейчас расскажет дяде Юлиусу, что этот невоспитанный толстый мальчишка тоже умеет летать, всё пропало, - думал Малыш, - во всяком случае, тогда у дяди Юлиуса обязательно возникнут подозрения”.

Но фрекен Бок, видно, вовсе не считала, что в самом Карлсоне и в его умении летать есть что-то необычное, кроме того, она всё ещё так громко всхлипывала, что едва могла говорить.

- Летающий бочонок? Что-то я ничего об этом не слыхала, - проговорила она наконец, глотая слезы. - Наверно, обычная газетная утка.

У Малыша вырвался вздох облегчения. Если бы ему только удалось уговорить Карлсона никогда, никогда, никогда не летать при дяде Юлиусе, то, может, всё как-нибудь ещё обошлось бы.

Малыш обернулся, чтобы тут же попросить об этом Карлсона, но его словно ветром сдуло. Малыш забеспокоился и решил немедленно начать поиски, но дядя Юлиус подозвал его к себе. Он хотел узнать, как у Малыша идут дела в школе, и проверить, силён ли он в устном счёте, хотя сейчас были летние каникулы, а значит, не время говорить о занятиях. Но, в конце концов, Малышу всё же удалось вырваться, и он помчался к себе в комнату посмотреть, не там ли Карлсон.

- Карлсон! - крикнул он, переступив порог. - Карлсон, где ты?

- В твоих пижамных штанах, - ответил Карлсон. - Если только эти две узкие кишки можно назвать штанами!

Он сидел на краю кровати и пытался натянуть на себя штаны, но, как ни старался, ничего не получалось.

- Я дам тебе пижаму Боссе, - сказал Малыш, метнулся в комнату брата и принёс оттуда большую пижаму. Она налезла и на такого толстяка, как Карлсон.

Правда, штанины и рукава оказались чересчур длинны, но Карлсон тут же нашёл выход - недолго думая, он их обрезал. Малыш не успел и слова вымолвить, но он, по правде говоря, даже не очень огорчился. В конце концов, рассуждал он, пижама - это пустяки, дело житейское, и то, что она погибла, не может омрачить его радости: ведь это такое удивительное событие - Карлсон останется у него ночевать!

Малыш постелил себе на диванчике простыни Боссе и поставил рядом с собой корзинку Бимбо. Бимбо уже улёгся в неё и пытался заснуть, но то и дело открывал глаза и недоверчиво косился на Карлсона.

Карлсон вертелся в кроватке Малыша, стараясь устроиться поудобнее.

- Я хочу свить себе тёплое гнёздышко, - сказал он.

“В этой пёстрой пижаме он и в самом деле похож на птицу, - подумал Малыш. - Если со всех сторон подоткнуть одеяло, то он будет лежать, как в гнезде”.

Но Карлсон не захотел, чтобы Малыш подоткнул одеяло.

- Пока ещё рано, - сказал он. - Сперва мы позабавимся. Я не согласен скучать, лёжа в постели. Здесь тоже есть, чем заняться. Можно есть бутерброды с жирной колбасой, можно играть в “мешок”, можно устроить подушечную битву. Мы начнём с бутербродов.

- Но ты же недавно съел целую гору плюшек.

- Если мы будем лежать и скучать, я не играю, - заявил Карлсон. - Неси бутерброды!

И Малыш прокрался в кухню и приготовил бутерброды. Никто ему не помешал, фрекен Бок сидела в гостиной и разговаривала с дядей Юлиусом. Видно, она уже простила ему ту обиду, которую он ей нанёс, сказав, что цыплёнок жёсток. Малыш беспрепятственно вернулся в свою комнату и присел на кровать у ног Карлсона. Он глядел, как Карлсон сосредоточенно уплетает бутерброды, и был счастлив. Как приятно,

когда твой лучший друг остаётся у тебя ночевать. И Карлсон на этот раз тоже был всем, всем доволен.

- Бутерброды хороши, и ты хорош, и домомучительница тоже хороша, - сказал он. - Хотя она и не поверила, что я первый ученик, - добавил он и помрачнел. Это обстоятельство его явно огорчало.

- Ах, не обращай на это внимания! Вот дядя Юлиус тоже хочет, чтобы я был первым учеником, а я вовсе не первый.

- Нет, спасибо, я так не согласен, - сказал Карлсон. - Вот если бы я хоть немного научил тебя этому слу... слу... как это ты называешь?

- Сложение, - сказал. Малыш. - Ты собираешься меня учить?

- Да, потому что я лучший в мире специалист по сложению.

Малыш рассмеялся.

- Сейчас проверим, - сказал он. - Ты согласен?

Карлсон кивнул.

- Приступай!

И Малыш приступил.

- Вот мама даёт тебе, допустим, три яблока...

- Я скажу ей спасибо.

- Не перебивай меня, - сказал Малыш. - Если ты получишь три яблока от мамы, и два от папы, и два от Боссе, и три от Бетан, и одно от меня...

Докончить ему не удалось, потому что Карлсон погрозил ему пальцем.

- Так я и знал! - сказал он. - Я всегда знал, что ты самый жадный в семье, а это что-нибудь да значит!

- Подожди, сейчас не об этом речь, - сказал Малыш, но Карлсон упрямо продолжал:

- Вот если бы ты дал мне большой пакет, я быстро развернул бы его, а там кило яблок, и две груши, и горсть таких мелких жёлтых слив, знаешь?

- Перестань, - сказал Малыш. - Я же говорю про яблоки для примера, чтобы научить тебя сложению. Так вот, ты получил одно яблоко от мамы...

- Постой, - сердито закричал Карлсон, - я так не играю! А куда она дела те два яблока, которые только что собиралась мне дать?

Малыш вздохнул.

- Милый Карлсон, яблоки здесь ни при чём. Они нужны мне только для того, чтобы объяснить тебе, как надо складывать. Теперь ты понял, в чём дело?

Карлсон фыркнул.

- Думаешь, я не понимаю, в чём дело? Мама стащила у меня два яблока, как только я отвернулся.

- Перестань, Карлсон, - снова сказал Малыш. - Итак, если ты получишь три яблока от мамы... Карлсон довольно кивнул.

- Ну вот, видишь! Надо уметь за себя постоять, я всегда это знал. Я люблю порядок: что моё, то моё. Я получил три яблока от твоей мамы, два от папы, два от Боссе, три от Бетан и одно от тебя, потому что ты самый жадный...

- Да, так сколько же у тебя всего яблок? - спросил Малыш.

- А ты как думаешь?

- Я не думаю, я знаю, - твёрдо сказал Малыш.

- Ну, тогда скажи! - попросил Карлсон.

- Нет, это ты должен сказать.

- Больно воображаешь! Скажи! Держу пари, что ты ошибёшься.

- Напрасно надеешься! - сказал Малыш. - У тебя будет одиннадцать яблок.

- Ты так думаешь? - переспросил Карлсон. - Вот

и попал пальцем в небо. Потому что позавчера вечером я сорвал двадцать шесть яблок в одном саду в Лидингене, но потом я съел три штуки и ещё одно надкусил - ну, что ты теперь скажешь?

Малыш молчал, он просто не знал, что сказать. Но потом он вдруг сообразил.

- Ха-ха! Всё ты врёшь, - сказал он. - Потому что в июне ещё нет яблок на деревьях.

- Верно, нет, - согласился Карлсон. - Но тогда где вы-то их взяли, яблочные воришки!

И Малыш решил отказаться от своего намерения научить Карлсона сложению.

- Но теперь ты хоть знаешь, что это за штука - сложение.

- Ты думаешь, я раньше не знал, что это то же самое, что рвать яблоки, - сказал Карлсон. - А этому меня учить не надо, я сам с этим неплохо справлюсь. Я ведь лучший в мире мастер по сложению яблок, и, когда у меня выберется свободный часок, мы полетим с тобой за город, и я покажу тебе, как надо браться за сложение.

Карлсон проглотил последний кусок хлеба с колбасой и решил приступить к подушечному бою. Но стоило ему кинуть Малышу в голову подушку, как Бимбо дико

залаял.

“Б-р-р!..” - рычал Бимбо, вцепившись зубами в угол подушки. Но Карлсон схватил её за другой угол и потянул к себе. Так Бимбо и Карлсон рвали подушку

друг у друга, пока она не лопнула. Бимбо разжал челюсти. Карлсон подхватил подушку и кинул к потолку. Перья, красиво кружась, осыпали Малыша, который лежал на кушетке и хохотал.

- Кажется, пошёл снег, - сказал Карлсон. - Смотри, какой густой! - восхитился он и снова подбросил подушку к потолку.

Но Малыш сказал, что надо прекратить подушечный бой и что вообще пора спать. Было уже поздно, они слышали, как дядя Юлиус пожелал фрекен Бок спокойной ночи.

- А теперь я пойду и лягу в свою короткую кровать, - сказал он.

И тут Карлсон вдруг очень оживился.

- Гей-гоп! - воскликнул он. - Я, кажется, придумал ещё одну забавную штуку.

- Что ещё за штуку ты придумал? - удивился Малыш.

- Очень забавную штуку, которую можно выкинуть, если ночуешь не дома, а у кого-нибудь в гостях, - объяснил Карлсон.

- Играть в “мешок”? Подложить что-то в чужую постель, да? Уже поздно. Ты не будешь этого делать, ладно?

- Да, уже поздно, - согласился Карлсон.

- Конечно, уже поздно, - с облегчением сказал Малыш.

- Я теперь уже не буду этого делать, - уверил его Карлсон.

- Вот и хорошо! - обрадовался Малыш.

- Потому что успел это сделать раньше, - закончил Карлсон.

Малыш так и сел.

- Ну да? Неужели дяде Юлиусу? Карлсон закудахтал от восторга.

- Хитрый мальчишка, как ты мог догадаться?

Малыш так много смеялся во время подушечного боя, что теперь уже просто застонал от смеха, хотя знал, что Карлсон поступил дурно.

- Ой, как дядя Юлиус рассердится!

- Вот это мы и должны проверить, - сказал Карлсон. - Придётся слетать вокруг дома и поглядеть в окно спальни.

Тут Малыш разом перестал визжать от смеха.

- Ни за что на свете! Вдруг он тебя увидит! Он решит, что ты и есть спутник-шпион... Сам можешь сообразить, что тогда будет...

Но Карлсон был упрям.

- Когда подкладываешь кому-нибудь в постель “мешок”, обязательно надо увидеть, как жертва сердится, иначе вся затея не имеет смысла, - уверял он. - Не волнуйся, я прикроюсь зонтиком!

И он побежал в прихожую за маминым красным зонтиком, потому что по-прежнему лил дождь.

- Я не хочу мочить пижаму Боссе, - сказал Карлсон.

Он стоял на подоконнике с открытым зонтиком, готовый к отлёту. “Это очень опасно”, - подумал Малыш и сказал с мольбой:

- Смотри, будь осторожен! Следи, чтобы никому не попасться на глаза, не то всё пропало!

- Спокойствие, только спокойствие! - сказал Карлсон. И полетел в дождь.

А Малыш остался, и он вовсе не был спокоен, а, наоборот, так волновался, что кусал себе пальцы.

Минуты тянулись мучительно долго. Дождь лил как из ведра. Малыш ждал. И вдруг он услышал душераздирающий крик дяди Юлиуса. И вслед за тем в открытое окно влетел назад Карлсон. Он с довольным видом выключил мотор и пристроил на половике зонтик, чтобы стекала вода.

- Он видел тебя? - с испугом спросил Малыш. - Он лёг в постель?

- Пытался, он ведь такой упрямый, - объяснил Карлсон.

Тут до них снова донёсся крик дяди Юлиуса.

- Я должен пойти посмотреть, что с ним случилось, - сказал Малыш и побежал в спальню.

Дядя Юлиус сидел, завернувшись в простыню; он был смертельно бледен, в глазах светился ужас, а на полу, рядом с ним, лежала подушка и свёрнутое в валик одеяло.

- Ты мне здесь не нужен, - сказал дядя Юлиус, когда появился Малыш. - Позови фрекен Бок.

Но фрекен Бок, видно, сама услышала его крик, потому что она тоже примчалась из кухни и застыла у двери как вкопанная.

- Боже мой! - воскликнула она. - Неужели вы перестилаете постель?

- Нет, нет, - заверил её дядя Юлиус, - хотя вообще-то я не могу одобрить, что здесь стелят постель по новой моде... Но сейчас мне не до этого.

Он замолчал и тихо застонал. Фрекен Бок подошла поближе к нему и рукой потрогала его лоб.

- Что случилось? Вы больны, господин Иенсен?

- Да, болен, - с трудом произнёс дядя Юлиус. - Надеюсь, что болен... Уходи, - добавил он, обращаясь к Малышу.

И Малыш ушёл. Но он задержался за дверью, потому что хотел услышать, что ещё скажет дядя Юлиус.

- Я умный и трезвый человек, - продолжал дядя Юлиус. - Таинственные явления, о которых пишут в газетах, разные там глупости, не могут мне задурить голову... потому надеюсь, что я просто болен.

- Что случилось? - повторила фрекен Бок.

- У меня было видение... Наверно, у меня жар, а это - бред, - сказал дядя Юлиус и вдруг понизил голос до шёпота, так что Малыш едва расслышал его слова. - Мне не хотелось бы, фрекен Бок, чтобы вы это кому-либо рассказывали, но мне почудилось, что сюда явился летающий гном с красным зонтиком.


Искать на сайте:

Награды Лукошка
Благодарность
Светлане Вовянко из Киева, предоставившей для сканирования личную библиотеку.
Андрею Никитенко из Минска, приславшему более 100 сказок.